Окончательный приговор

В каждом кабинете, естественно, такой не поставишь, поскольку сетью пользоваться приходится всем, и избежать этого невозможно, а иметь по два компьютера на каждого оперативного офицера – это для государства накладно. Потому и изворачиваемся, кто как может. Кто из дома старый компьютер принесет, кто еще что‑то придумает. Я вот, к примеру, хожу в случае необходимости в другой отдел. Хорошо, что у меня необходимость наступает крайне редко. За меня большинство документов готовят сотрудники, и я не всегда спрашиваю, на каком компьютере набирался документ. Существует в нашей системе локальная сеть, не подключаемая к сети большой, но компьютеры локалки иметь положено не всем, а только тем, кто имеет соответствующую форму допуска к документам, носящим грифы «совершенно секретно» и «особой важности». К «совершенно секретным» документам допуск имеет практически каждый офицер управленческой системы ГРУ, а следующий по высоте уже не для всех предназначен, как и компьютер локальной сети.

Но пользоваться достижениями компьютеризации обязан уметь каждый разведчик. Официально служба хакеров ГРУ, хотя так она и называется только в разговорах между собой, работает исключительно против потенциальных противников и обслуживает заказы разных управлений. Спецназу ГРУ обращаться в компьютерное управление приходится реже других, поскольку работа у нас специфическая и иногда выполняется кулаками. Но и нам приходится иногда извлекать из прогресса пользу."

"Извлекли и в этот раз… И как удачно получилось, что старший лейтенант Болодубов при выполнении моего заказа нечаянно нарвался на старшего следователя по особо важным делам Розова! У меня у самого возникала мысль каким‑то образом добраться до старшего следователя. Но он не пожелал ждать и пошел нам навстречу. Могу только одобрить такое благоразумное поведение – при том, что все остальные шаги Артура Юрьевича благоразумными назвать никак нельзя. Он так и не уразумел, что вроде бы закончившаяся война на Северном Кавказе продолжается теперь уже не только там, но и в наших исконно русских регионах. И противник не выбирает методы. И потому действовать против этого противника следует предельно жестко и целенаправленно. Но при жестких методах бывают ошибки. Старший следователь считает произошедшее с капитаном Беклемишевым, старшим лейтенантом Корчагиным и старшим прапорщиком Хостом ошибкой спецназа ГРУ. Если это ошибка, причем приведшая к гибели мирных людей, то за ошибку кто‑то должен ответить. С этим трудно не согласиться. Наша задача в этом случае – и все мы, участники той операции, уверены, что это единственно верный вариант – доказать, что это было не ошибкой, а чьей‑то целенаправленной «подставой».