Окончательный приговор

У одного, похоже, растечение мозговой жидкости присутствует, но не сильное. Сильное растечение обычно бывает, когда после удара в лоб следует дополнительный удар по затылку. Например, при падении об пол. Если удара затылком не было, растечение бывает едва заметное, а смерть наступает опять же от перелома шейного позвонка. Сразу обращу ваше внимание, товарищи подполковники… У шестерых позвонок сломан при повороте шеи в сторону, у двоих от запрокидывания головы назад. От резкого запрокидывания.

– Возможно, что от удара в лоб? – спросил я.

– Очень похоже. Но от чрезвычайно резкого удара.

Раменский вытащил из папки копию заключения судебно-медицинской экспертизы по поводу смерти своего капитана, протянул патологоанатому.

– Прочитайте. Похожее состояние?

Тот просмотрел заключение и вернул.

– Да. Похоже на аналогичный случай. По второму, у которого шея назад сломана, пока ничего сказать не могу: еще не вскрывал. И сегодня уже не успею. Меня и так заставили сделать работу трех дней за половину смены. На большее я просто психически непригоден. Мне сейчас нужно стакан спирта выпить, чтобы в себя прийти.

Видимо, речь шла о втором стакане, поскольку спиртным от патологоанатома несло от входной двери, и я, как человек малопьющий, запах сразу почувствовал. Но это меня мало касалось, и потому я вопрос о пьянстве на рабочем месте не поднимал.

– Вы до завтра у нас пробудете? – спросил один из местных следователей, откровенно надеясь на отрицательный ответ.

– Посмотрим… – ответил я уклончиво, чтобы он не расслаблялся.

– Ладно. Если не дождемся, второе заключение следственный комитет вышлет нам по электронной почте, – смилостивился подполковник Раменский. – А сейчас в следственный комитет поехали. Посмотрим все материалы дела и дадим свои материалы. Артур Юрьевич кое‑что привез вам по предполагаемому преступнику.

– Может быть, сначала на место преступления посмотрим? – предложил я.

– А я что сказал? – передернул плечами подполковник милиции. – Или место преступления к делу не относится? Все, что есть по делу, необходимо посмотреть. Но фотографии, Артур Юрьевич, все же следователям предъявите. Может, они знают кого‑то из них.

Это было логичным желанием, и я достал из портфеля заранее подготовленные распечатки с нескольких фотографий, как цветных, так и черно-белых. Следователи долго рассматривали их, вертели так и сяк и патологоанатому передавали. Потом вся троица дружно пожала плечами и переглянулась.

– В Судиславле такие не живут, – ответил за следователей патологоанатом. – Я здесь каждую собаку знаю. Этих не видел ни разу.

– Вы фотографии нам оставите? – спросил один из следователей.

– Они вам нужны? – поинтересовался я.