Остановите музыку

Ты сможешь жить без танцев?

Нина печально улыбнулась, и призналась, ощущая разочарование:

— Я их почти ненавижу.

— Я спать спокойно не могу с тех пор, как узнала, — гневным шёпотом проговорила Нина, приоткрыв один глаз. Покосилась на Грету, которая лежала на соседнем кресле, но та осталась безучастной к потрясению, прозвучавшему в голосе Нины. — У Вити просто совести нет.

Грета дождалась, пока девушка-косметолог закончит наносить маску на её подбородок, и тогда уже сказала:

— У него и не было никогда совести. Кого ты удивила этим открытием? Но ты-то что переживаешь? Костя сказал, что разберётся, и он разобрался.

Нина дождалась, когда косметолог выйдет за дверь и сказала:

— Когда я думаю о количестве нулей в сумме, что Костя ему заплатил, у меня немеют руки.

— От жадности?

— От несправедливости! Я что, лошадь, чтобы Витя меня продавал? Тем более за такие деньги.

— Зато он резко забыл твоё имя.

— Ага, как же. Он злопамятный, как старый крот. Не видит, но всё помнит.

— И всё знает, — зловеще проговорила Грета и рассмеялась. Потом махнула рукой на девушку, которая вознамерилась вернуться, чтобы быть рядом с клиентками. — Идите, милочка, попейте чайку. — А как только они снова остались в комнате одни, на Нину шикнула. — Не болтай при посторонних. Тебе надо думать о репутации.

Нина только вздохнула.

— Я тебя умоляю. Все и так всё знают. И никогда не забудут.

— А тебе не всё равно? Ты не просто с ним спишь, ты с ним живёшь.

— Дело не в Косте.

— Тебя послушать, так дело всегда не в нём. Все мужики одинаковые, и Шохин не может быть идеалом. Такого не бывает.

— Он хочет, чтобы на новогодние каникулы мы поехали за границу. Это ведь нормально… для его круга. Съездить к морю. Не к родителям, есть оливье, а к морю. Все разъезжаются: и Кораблёв, и Вадик, вообще, половина знакомых.

— И в чём проблема?

— В том, что мне нужно Пашкино разрешение, чтобы вывезти Арину за границу. То есть, нужно поехать в Москву, оторвать бывшего мужа от важнейших репетиций в его жизни, умудриться с ним не поскандалить, потому что мы, в принципе, не можем общаться спокойно в последнее время, и убедить его подписать разрешение. Или опять же позволить Косте это решить. Как он будет это делать, мне даже подумать страшно.

— Я бы на твоем месте не задумалась ни на минуту.

— Грета, он всё-таки отец.

— Приславший ребёнку на день рождения уродскую Барби. Курьером. В этом плане мы с тобой сестры по несчастью, — вдруг вздохнула она. — Представляешь, встретилась тут со Стёпкиным папашей. Лет десять не виделись.

Нина приподнялась на локте и заинтересованно взглянула.

— И что?

— Ну, ничего так выглядит. Занимается производством корпусной мебели.

— Хозяин?

Грета плечами пожала.

— Что-то вроде. Фотографию жены и детей показывал.