Остановите музыку

 — Дай человеку палец, он руку по плечо откусит. Я теперь уже обязана.

— Не ругайся, — попросила ее Нина, с интересом осматриваясь. — К кому еще мне обратиться, как не к тебе?

— Конечно.

— К тому же, ты сама сказала, что если я не знаю как, то спросить у тебя.

— А ты и рада, да? — Грета привалилась к стене, на Нину посмотрела, потом все-таки притянула ту к себе, обняла, сменив гнев на милость. — Ладно уж, проходи.

Нина прошла через светлую комнату, посмотрела на пушистый ковер под своими ногами.

— Хорошо у тебя, — искренне похвалила она. — А сын дома?

— Он у моих родителей живет. Там его контролируют, а мне когда?

Комментировать Нина не стала, права лезть или обсуждать чужую жизнь у нее нет, а чтобы давать советы мудрости не хватает, со своими бы проблемами разобраться.

— Так что ты хочешь?

Вопросу Нина удивилась.

— Платье. У тебя же полно одежды. А насколько я поняла, вечером намечается торжественное пускание пыли в глаза друзьям и соперникам. Нужно что-то особенное.

Грета присела на край разобранной постели, закинула ногу на ногу и потянулась за сигаретами.

— Красное?

— Почему красное? Хотя, не знаю, нужно посмотреть.

— Тебе пойдет красное.

— Грет, нужно что-то элегантное. И желательно дорогое.

— Да? — Грета вызывающе изогнула бровь. — Если Костику нужно дорогое, сам бы и купил.

— Ну, Грет. — Нина просительно взглянула на нее. — Не ворчи, лучше помогай. Ты же знаешь, у меня для такого вечера ничего нет. А у тебя есть.

— Не забудь напомнить мне, чтобы я тебе рассказала, откуда все это берется.

— Не уверена, что хочу знать, — проговорила Нина в сторону, но эти слова были заглушены звуком отъезжающей в сторону двери шкафа-купе.

На выбор наряда потратили час. Грета сначала настаивала на красном длинном платье с открытой спиной, потом ей приглянулось на Нине темно-синее с узкими рукавами, но, в конце концов, сама Нина остановила свой выбор на черном с ажурными вставками платье на тонких бретельках. Ничего вызывающего, даже длина более чем скромная, до середины колена, зато сидело, как влитое, подчеркивая все изгибы фигуры и будоража воображение легкими складками на груди. Открытые плечи и зона декольте, забранные наверх волосы и высоко поднятый подбородок — вот и все украшения, которые, по сути, требовались. Правда, Грета уговорила взять висячие переливающиеся серьги, а туфли Нина выбрала сама — открытые, с лакированными ремешками.

Грета безостановочно курила, разглядывала Нину, обходя по кругу.

— Повезло же тебе, что у нас один размер, — проговорила она, после чего с некоторой досадой добавила: — Оно на тебе смотрится лучше, чем на мне.

— Правда?

Грета небрежно шлепнула ее по заду.

— На мне оно здесь болтается.

— А я, по-твоему, толстозадая?

— Ты конфетка.