Остановите музыку

— Ну, спасибо.

— Нин, ты мне нравишься, — сказал он, и это было мало похоже на обычный комплимент. — И мне нравится, что ты отводишь глаза, когда я тебе об этом говорю. Потому что все понимаешь. Ты знаешь, что мне от тебя нужно, а я, в свою очередь, обещаю, что избавлю тебя от всех насущных проблем. Думаю, мы с тобой найдем общий язык.

— Это ты меня сейчас в любовницы зовешь?

Он не ответил, поднес бокал к губам и кивнул, при этом не спуская с нее глаз.

— Да, очень ненавязчиво, — пробормотала она, а Шохин усмехнулся.

— Ну, а что мне делать после сегодняшнего? Обхаживать тебя или изнасиловать в машине?

Нина смяла в руках салфетку, что лежала на коленях.

— Костя, давай начистоту? — Он согласно кивнул. — Я не знаю, что бы вышло у нас при других обстоятельствах, но сейчас я в таком положении, что у меня нет выбора. И дело не в том, что ты мне не нравишься, ты вообще к этому отношения не имеешь, я говорю о себе. Мне нужна защита. Я только сейчас начинаю понимать, во что же влезла, и не знаю, как самой с этим справиться. Понимаю, что вряд ли смогу.

— Это точно.

— Я хочу, чтобы меня оставили в покое, — честно призналась она.

— Я понимаю. Не переживай. — Он поднял бокал, предлагая ей чокнуться. — Отпразднуем?

Нина коснулась бокалом его бокала, правда, веселья и довольства не ощущала.

— Сделку?

— Все отношения, в своем роде, сделка, наши не хуже других. Ты это поймешь.

— А тебя не смущает, что я…

— Меня ничего в этой жизни не смущает, — перебил он ее.

Нина все-таки улыбнулась.

— Заметно.

— Тебе кажется это странным?

— Конечно. Ты же единственный в своем роде.

Он рассмеялся, оценив ее маленькую хитрость. Протянул руку, и Нина, после секундного колебания, вложила свою ладонь в его пальцы, и замерла, глядя, как Костя ее осторожно сжимает.

— Я завтра уеду, — сказал он, и Нина вскинула на него удивленный взгляд.

— Ты же только приехал.

— Всякое бывает. Мне срочно нужно в Киев.

— Надолго?

— На неделю, может, дней на десять.

Нина наблюдала за тем, как его палец кружит по ее ладони, никак глаз отвести не могла, а еще ждала, какого подарка Шохин потребует от нее на прощание. И, наверное, он понимал, о чем она думает, потому что усмехался.

— Поэтому я сейчас отвезу тебя домой, — сказал он, с едва заметным смешком. Именно после этого смешка, который все расставил по своим местам, Нина поняла, что начинает краснеть. — У меня самолет рано утром, надо хоть немного поспать. Ты меня простишь?

Она освободила руку из его пальцев.

— Прекрати!

Шохин, не скрываясь, рассмеялся.

— Ты сначала побледнела, потом краснеть начала. Думаю, когда я вернусь, мы обсудим этот вопрос подробнее.

— Как хочешь. Только не говори, что тебя это не устраивает. — Она взяла бокал и залпом допила вино.

Он пожал плечами и нахально улыбнулся.

— Не знаю.