Парадокс Севера (СИ)

Чтобы показать всем, меня не сломали. Поднять голову высоко и хотя бы на один вечер забыть о случившемся. Окунуться в роскошь и громкую музыку. Доказать Северу, что я смогла. И иду дальше.

Просто повеселиться, наконец.

— Лесь, одолжишь мне то черное платье, с юбкой из фатина?

И ее хитрющие глаза загорелись ликующим огнем.

***

В актовом зале было человек пятьсот, не меньше. Зимний бал много лет являлся главным событием года. Уже с сентября девчонки начинали выбирать платья, и разучивать вальс, чтобы участвовать в открытии. Надо ли говорить, что на вальс в свете нынешних обстоятельств волновал меня меньше всего?

Я постаралась прокрутить в голове все, что знала о подобных мероприятиях, но кроме светских бесед и официантов, снующих по залу с бокалами шампанского, не смогла ничего вспомнить.

Вдохнув полной грудью, я шагнула вперед, окунаясь в переливы света и огней. Ступая по лестнице вниз осторожно. Потому что не смотрела под ноги. Впервые взгляды притягивали люди.

Костюмы и маски наполняли зал. Роскошные. Столь не похожие на обычные молодежные наряды для маскарада, что я видела в кино.

В этот миг я почувствовала себя ужасно одинокой без Леси, которая ускакала на встречу со своим кавалером. И только туго затянутый корсет напоминал о ее участии. Как будто она стояла рядом, подбадривая: «Не дрейфь».

А потом я увидела его.

В длинном сюртуке, очень похожем на старинный военный мундир, глубокого черного цвета, словно самые темные ночи подарили ему свои нити, Север стоял поодаль от остальных. Опираясь спиной на стену, будто пытаясь с ней слиться.

Неизвестно откуда, но я знала, он всегда так делает, когда устал. Когда хочет отодвинуться ото всех, будто взять хоть на пару минут передышку от всеобщего внимания. И это тревожный признак. Нет, не то, что даже королям Ледового Царства иногда хочется покоя. Плохо то, что я замечала это. Что смотрела.

Подмечать чужие слабости, интересные детали — профессиональное. Вот только я не на поле боя. А Север не мой соперник. И все это настолько нездорово… Но додумать я не успела. Он поднял голову, безошибочно выхватывая меня из толпы, и взгляд прошелся по моей фигуре.

Теперь он был иным. Не тем, которым он награждал меня в первые недели. Тогда его губы изгибались, изображая пренебрежение, теперь же они напоминали ласковую усмешку. Столь же скупую, сколь всегда была проявляемая им на людях нежность. Которая моментально перерождалась в его глазах в ледяной огонь. Сжигающий все внутри меня своим пламенем.

А потом он вдруг оттолкнулся от стены и сделал шаг навстречу. Казалось, даже музыка умолкла. Смех и гомон стих.