Галкино счастье

Он понимал, что не судья и не имеет права решать, кто и чего достоин, но, как и у любого человека, у него были определенные мысли по поводу того, что допустимо, а что нет.

Он отлично знал: искоренить преступность невозможно. Люди так устроены, их создали такими. Он мог лишь наблюдать, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы криминальный мир не переступал некие рамки, за которыми царило полное беззаконие.

Рассказывая Дубрану о его нечистых делах, Эруард даже слегка порадовался, что имеет доступ к таким данным. И да, барону вовсе не обязательно было знать, что практически вся аристократия замечена в связях с преступным миром в той или иной степени. Как и то, что Эруард никогда не собирался разглашать эту информацию. По крайней мере, без приказа короля. Главное, что сам Дубран об этом ничего не знал, как и о том, кем именно является семья дель Легран.

— Что за девочка? — без интереса спросил Эруард, не понимая, что привлекло внимание Пакома.

— Баронесса дель Каруссо, — с довольным лицом выдал Гордон.

Эруард нахмурился.

— Аленсия дель Каруссо? — задал он вопрос, чувствуя себя сбитым с толку. Он не понимал, по какой причине недавно овдовевшая женщина могла приходить к его другу. — Подожди, подожди, — он приподнял руку, прокручивая в голове всю информацию, которая у него была на эту семью. Что-то такое он недавно слышал… — Что-то о наследстве, — пробормотал он. — Какие-то махинации. И это странно. Насколько я знаю, Каруссо имеют только одного наследника.

— Не Аленсия, — произнес Паком самодовольно. Ему нравилась мысль, что он знает что-то, чего не знает член семьи темных смотрителей. Это было восхитительное ощущение. — Висконсия, — медленно произнес он.

— Висконсия? — Эруард моргнул и замер. Память послушно выдала пласт нужной информации. — Старшая дочь барона. Насколько я помню, она была чем-то больна. Что-то с головой.

— Если и была, то сейчас с ней полный порядок, — проворчал Паком, немного разочарованный тем, что друг все-таки знает о баронессе.

— И зачем же она к тебе приходила? Как нашла тебя? — спросил Эруард, внезапно подумав, что Висконсия звучит очень красиво.

* * *Покинув дом Пакома, Эруард остановился в одном из темных переулков. Недавний разговор не выходил у него из головы. По какой-то причине его заинтересовала судьба странной баронессы.

Во время рассказа он вспомнил немного больше о деле Каруссо. В махинациях с завещаниями не было ничего необычного. Постоянно появлялись недовольные тем, как покойный распределил имущество, оставшееся после него.

Нечистые на руку поверенные с радостью приходили на помощь таким людям, делая все (конечно, за плату), чтобы «справедливость» восторжествовала, а состояние оказалось в руках более достойных.