Приграничье

Вот только у Ветрицкого на этот счет оказалось собственное мнение – моментально оказавшись сзади, он рубанул Напалма ребром ладони по шее, а следующим ударом вырубил девушку.

– Твою мать! – только и выдохнул я. Никто не застрахован от случая, когда «друг оказался вдруг», но от кого-кого, а от пироманта такой подлянки никак не ожидал. Хотя можно ли его за это осуждать? Зря Коля вспылил, пусть бы катился отсюда. Не убивать же его теперь, в самом деле…

– Пусть бы шли, – как ни странно, разделил мою точку зрения досадливо поморщившийся Гиоргадзе.

Криво усмехнувшийся Ветрицкий лишь покачал головой.

– Ну как знаешь, – заложил руки за спину глава Торгового совета. – Ты, кстати, тоже задание провалил, но так даже лучше. Мне с господином Льдом лично пообщаться захотелось…

– Что?! – только и смог разинуть рот я и ошеломленно замолчал, уставившись на отвернувшегося от Гиоргадзе Ветрицкого. И этот сукой оказался? Да что ж такое творится-то?!!

Сплюнув на пол, я уже собрался послать Колю далеко и надолго – а может, и ножичком ткнуть, если возможность появится, – и только тут обратил внимание, что по лицу у того течет кровь. И дело было вовсе не в ранении: воспаленная и припухшая кожа покрылась сеткой кровоточивших и гноившихся трещинок. Да и других, не столь фатальных изменений тоже хватало: глаза покраснели и глубоко запали, потрескавшиеся губы стали мертвенно-синюшного цвета, а сам Коля как-то незаметно вытянулся и, несмотря на проявившуюся сутулость, казался заметно выше.

– Коля? – начиная подозревать, что происходит нечто из ряда вон, я выставил перед собой нож. – Или?..

– Ай, маладца! Ай, умный мальчик, – издевательски рассмеялся Гиоргадзе. – Дошло, наконец!

С хрустом передернувший плечами Ветрицкий – а он ли? – рукавом вытер выступившие на лбу мелкие капельки крови и принялся молча разматывать с запястья потемневший от пропитавшего его гноя бинт. Движения парня сделались какими-то скупыми и донельзя рациональными. Будто и не человек это вовсе…

– Позвольте представить: легендарный наемный убийца Леший, – будто получая удовольствие от лицезрения моего смешанного с оторопью замешательства начал разглагольствовать Гиоргадзе. – Уникальная личность. Только вот тела быстро изнашиваются, приходится менять. Ну да в расходном материале недостатка не бывает…

– Леший? – поджал я губы и прищурился. Вот оно как. Не стоило тогда Ветрицкому за ним бежать, ох, не стоило. Выходит, этому гаду все же удалось вывернуться. Нет, ну что за мудак Ялтин был – ни одного дела до конца довести не смог! А Колю жалко. Ни за что ни про что сгинул. Да еще так похабно…

– Он самый, – продолжал улыбаться Георг, уставившийся на меня холодными глазами расчетливого торгаша.