Приграничье

Пусть черты лица немного резковаты, но это обстоятельство к недостаткам отнести можно лишь с большой натяжкой. Скорее – на любителя мордашка.

– Это ты так говоришь, потому что фигуру блюдешь, – усмехнулся Напалм.

Я забрал у девушки припасенный для меня пенкоматрац, развернул его и выругался. Пока пожарный щит волокли, все перчатки в ржавчине перепачкал. А теперь еще и подстилку уделал.

– Если вам нас…ли в руку, это вафли «Кукуруку», – продекламировал в один присест расправившийся с батончиком пиромант.

– Напалм! – тяжело вздохнула девушка и, вытряхнув на ладонь из пластикового пузырька таблетку экомага, закинула в рот. – Хватит уже! Надоело.

– А я чего? Я ничего.

– Пошли, мне выйти надо…

– Зачем? – удивился парень.

– За надо! – повысила голос Вера. – Давай быстрее!

– Я-то тебя зачем сопровождать должен?

– Мне одной страшно. И темно там.

– А вот исландская синица, которая мороза не боится…

– Напалм!

Сладкая парочка вышла в коридор, я уселся на матрац, разулся и вытряс набившийся в ботинки снег. Потом, вспомнив добрым словом Смирнова, поменял носки и тяжело вздохнул. Вроде и прошли всего ничего, а сил не осталось даже до рюкзака доползти. Да и не хотелось уже ничего – ни есть, ни пить.

Спать?

Спать не хотелось тоже. Слишком вымотан и взбудоражен.

Я задумчиво похлопал себя по карману с таблетками, но, не считая зверской усталости и гудевших с непривычки ног, с самочувствием был полный порядок. А значит, смысла травиться никакого нет. Лучше завтра с утра для профилактики приму.

Вскоре вернулись Напалм и Вера, я повалился на матрац и попытался задремать. Ничего из этой затеи, естественно, не вышло.

Было мне холодно и страшно. Или страшно, потому что холодно?

Да без разницы уже.

В итоге я помог пироманту расчистить от снега небольшой пятачок в самом центре комнаты, и Напалм запалил неведомо откуда притащенные деревяшки. Вера как-то незаметно задремала, а мы так и остались сидеть у огня."

"Мне б тоже прикорнуть, но сна ни в одном глазу. И есть, как на грех, захотелось.

Голодным не уснешь? Ну-ну…

Хотя ничего удивительного: весь день на голодном пайке, только утром и удалось нормально перекусить. Чай у Смирнова не в счет. Пара печенюшек на полноценный ужин, как ни крути, не тянет. На полдник разве что.

– Слушай, Напалм, а есть у вас чего-нибудь из съестного?

– О, вот это по-нашему! – оживился парень, которому, видимо, просто было лень заниматься готовкой для себя одного. – Сейчас чаек замутим!

– А посущественней чего?

– И посущественней будет, не беспокойся.

Пиромант отцепил от рюкзака небольшой чайник, достал пару вложенных друг в друга алюминиевых стаканчиков и вышел в соседнюю комнату набрать снега.