Приграничье

— А чего удивительного? Такие перспективы!

— Перспективы? Ты хозяина квартиры разглядел? У него мутации пошли — просто атас!

— Нам бы в лабораторию его живого…

— Поработаешь здесь с недельку, самого в лабораторию отправят.

— Активную защиту ставить надо.

— Никто на это не пойдет. Слишком много энергии тратить придется.

— Эй, хлопцы, — закончив осмотр дома, окрикнул парней эпидемиолог в серебристом комбинезоне. — Карантин будет?

— Нет, жильцов отселяем.

— Ну, тогда мы пошли. — Специалист СЭС развернулся к напарнику, который тыкал в стену дома щупом непонятного прибора. — Коля, закругляйся. У нас еще вызов на Терешковой.

— А здесь что?

— Не наша епархия. Источник искусственный. Не мы же отселением заниматься будем?

Оцепившие дом бойцы из роты охраны начали на нас раздраженно поглядывать, и мы подобру-поздорову решили отсюда валить. Жалко, кое-что из разговора двух колдунов показалось мне весьма интересным.

— Пойдем, перекусим? Меня, правда, подташнивает чего-то. — Григорий отошел с дороги, пропуская грузовой фургон с соколом на борту. — Смотри, сюда кого только ни согнали.

— Ты как думаешь, что с квартирой приключилось?

— Не знаю, какой термоядерной дрянью ширялся Витя, но вставляло от нее конкретно, — потер виски Конопатый. — У меня чуть мозги через уши не полезли.

Ну-ну. Версия оригинальная, но слишком в ней дыр много. Например, почему пистолет в квартире не стрелял? Или как, получив в упор восемь пуль, Витя устоял на ногах? И откуда взялся запредельный энергетический фон? Конопатый не колдун — он ничего не почувствовал, но гимназисты не просто так этим домом заинтересовались. Колдуны постоянно на голодном пайке сидят, столь насыщенное магией пространство для них просто находка. Колдовать там одно удовольствие — силы должны восстанавливаться почти моментально. Одна проблема — те самые побочные эффекты. Даже после нескольких дней на Севере у некоторых мутации начинаются, а в квартире фон на порядок выше.

Мы перешли через проспект, обматерили велорикшу, обрызгавшего нас грязной водой из лужи, и, зайдя во дворы, вышли к зданию переоборудованной под склады бывшей общественной бани. Заведение, в которое меня притащил Гриша, оказалось небольшой забегаловкой в полуподвальном помещении пятиэтажки. В такое место заглядывают пропустить соточку дешевой — читай паленой — водки и закусить лежалым бутербродом, но никак не пообедать. Блин, проще было до юго-восточных ворот дойти — там нормальных столовых и кафе пруд пруди. Предложить, что ли, Грише еще немного прогуляться?

— Время есть? — спросил я у Григория.

— Четверть пятого, — задрал рукав куртки Григорий. — По-быстрому пообедаем, и я побегу. А что?

— Да так, ничего.