Приграничье

Судя по волне теплого воздуха, совсем не иллюзорное.

— Пиромант. Как вы уже заметили, его способности заключаются в управлении огнем…

— Тепловой энергией, — поправил Илью полноватый колдун.

— Как вам угодно. Единственный среди вас местный уроженец. Максимальный радиус воздействия порядка…

— Тридцати метров, — погасив пламя, ответил Напалм.

Я с интересом уставился на пироманта. Ну и талантище у человека! Большинство тусовавшихся в «Западном полюсе» повелителей огня по сравнению с ним мальчишки, стащившие из дому коробок спичек.

А так посмотришь — обычный парень, раздолбай раздолбаем. Разве что полное отсутствие волос — даже бровей — и легкий запах паленой кожи могут навести на определеные размышления. Долговязый, худощавый, с острым подбородком, длинным носом и крупным кадыком. На левой щеке заросшая отметина шрама, формой напоминавшая очертания африканского континента. Вся одежда — начиная с ботинок и штанов, заканчивая перчатками с обрезанными пальцами и курткой, — кожаная. Неудивительно при его-то специализации. Что ж, иметь в команде самоходный огнемет вовсе не плохо. Да какой там неплохо? Здорово это!

— Брат Димитрий, — представил Илья мрачного бородача.

— Бывший брат, — поправил Линева тот.

— Бывший брат. — Илья выдвинул свой стул из-за стола и сел на него. — Покинул Братство из-за идеологических разногласий. Прекрасный лучник и опытный боец.

— По идеологическим разногласиям, это значит — не за пьянку? — впервые оторвался от блокнота Григорий."

"— Нет, — видимо, не сумев определить, шутит Конопатый или говорит серьезно, ответил Димитрий. — Я не считал нужным скрывать свою точку зрения об идиотской затее с Туманным и отказался туда переезжать. А отмена квот на вступление в Братство женщин — прямое предательство интересов ордена.

Ставим галочку — с этим лучше не шутить. Запросто на голову укоротить может. Вот ведь как бывает — пока молчит, несмотря на мускулатуру, производит впечатление весьма сообразительного, хоть и угрюмого человека. А как рот откроет…

Хотя насчет угрюмости — это, скорее всего, я зря: пересекавший щеку рваный шрам и борода даже записному весельчаку несколько философский вид придадут.

А там кто его знает? Лиха хлебнуть ему наверняка немало пришлось — бывшему брату найти нормальную работу практически невозможно. Потому как общеизвестно: вышибают из Братства в основном за бухло и дурь. Серьезных ренегатов предварительно через гильотину пропускают. А таким работа уже вроде как и ни к чему.

— Ну и, наконец, мастер Ялтин Сергей Михайлович. — Илья сделал паузу, но по достоинству сказанное смогли оценить лишь Напалм, Димитрий и я. Гриша, думаю, уже в курсе был.