Пробужденный любовник

Возникла неловкая пауза, когда Мэри и Бэт взглянули на него, не разжимая своих объятий. Женщины быстро отвели взгляды, избегая его глаз.

— Роф наверху, — сказала Бэт. — Ждет вас, ребята, с остальными Братьями.

— О Торе ничего не слышно? — Спросил Фьюри.

— Нет, и это убивает всех нас. Джона тоже.

— Я потом проведаю паренька.

Мэри и Бэт подарили Фьюри последнее объятие; потом они с Бутчем направились к лестнице. Зед пошел следом.

— Зейдист?

Он оглянулся через плечо на звук голоса Бэт. Она стояла, скрестив руки на груди — Мэри была рядом и казалась такой же напряженной.

— Мы рады, что ты вернулся, — сказала королева.

Зед нахмурился, зная, что это не могло быть правдой. Он и представить себе не мог, что им нравилось его общество.

Заговорила Мэри.

— Я поставила за тебя свечку. Я молилась, чтобы ты вернулся домой невредимым.

Свеча… зажженная за него? Только за него? Когда кровь ударила в лицо, он почувствовал себя совсем жалким — ведь доброта стала значить для него так много.

— Спасибо вам. — Он поклонился им и заторопился к лестнице, уверенный, что цветом походит на помидор. Боже… Может быть, он научиться делать это лучше. Когда-нибудь.

Но, войдя в кабине Рофа и ощутив на себе взгляды все Братьев, он подумал: «А может, и нет». Он не смог вынести подобного внимания; он был слишком расшатанным для этого. Когда его руки начали дрожать, он засунул их в карманы и прошел в свой обычный угол — подальше от остальных.

— Я не хочу, чтобы кто-то выходил сегодня драться, — объявил Роф. — У нас головы сейчас заняты совершенно другим, и об эффективности говорить не придется. И я хочу, чтобы вы, мальчики, вернулись домой к четырем часам утра. После восхода солнца мы будем оплакивать Велси весь день, так что я хочу, чтобы вы поели и умылись к тому времени, как мы приступим. Что до церемонии погружения в Забвение — мы не можем провести ее без Тора, так что придется повременить.

— Я не могу поверить, что никто не знает, где он, — сказал Фьюри.

Вишес зажег самокрутку.

— Я хожу к нему домой каждую ночь, но его следов там по-прежнему нет. Его доджены не видели и не слышали его. Он оставил свои кинжалы. Свое оружие. Свою одежду. Машины. Он может быть где угодно.

— Что насчет тренировок? — Спросил Фьюри. — Мы продолжим?

Роф покачал головой.

— Я бы рад, но у нас связаны руки — не хочу нагружать тебя слишком сильно. Плюс ко всему, тебе нужно время, чтобы восстановиться…

— Я могу помочь, — встрял Зед.

Все головы повернулись в его направлении. От изумления, написанного на их лицах, можно было бы порвать живот в приступе смеха. Если бы оно не причиняло такую боль…

Он откашлялся.

— В смысле — Фьюри будет за главного, конечно. И уроки в классе придется вести ему, я ведь не умею читать. Но вы же знаете, я хорошо управляюсь с ножом.