Пробужденный любовник

Боже, теперь, стоя напротив него, она просто не могла подобрать нужных слов.

— Я был в Чарльстоне, — сказал он.

— Что?

Он приезжал, чтобы встретиться с ней?

— Потребовалось немало времени, чтобы найти тебя. Но я нашел. Я отправился туда в первую же ночь после того, как меня выписал Хэйверс.

— Я не знала.

— Я и не хотел, чтобы ты знала.

— О. — Она глубоко вздохнула, чувствую боль, проникавшую в каждую клеточку ее тела. «Время прыгать с обрыва», — подумала она.

— Послушай, Зейдист, я пришла, чтобы сказать…

— Я не хотел видеться с тобой, пока не закончу.

Когда его желтые глаза возвратились к ней, что-то в воздухе между ними изменилось.

— С чем? — Прошептала она.

Он снова посмотрел вниз — на карандаш, который сжимал в руке.

— С собой.

Она покачала головой.

— Прости. Я не понимаю…

— Я хотел отдать тебе это. — Он вытащил из кармана ее ожерелье. — Я хотел отдать тебе это той ночью, но потом подумал… Ну, в общем, я носил его до тех, пока мог застегнуть. Теперь оно просто у меня в кармане.

Дыхание Бэллы покинула легкие с последним выдохом, теперь они были пусты. Тем временем он потер затылок, бицепс, грудь, ставшую такой широкой, что швы футболки, казалось, находились под постоянной угрозой.

— Ожерелье было хорошим предлогом, — прошептал он.

— Для чего?"

"— Я подумал, что я могу объявиться в Чарльстоне, у тебя на пороге, отдать это… и, может, ты бы впустила меня. Или что-то в этом роде. Я беспокоился, что за тобой начнет ухаживать другой мужчина, поэтому пытался делать все так быстро, как мог. Я подумал, что, если я научусь читать, буду лучше о себе заботиться и попытаюсь перестать быть таким гребаным сукиным сыном… — Он покачал головой. — Не пойми меня неправильно. Я не ждал, что ты будешь счастлива меня видеть. Я просто… ну, знаешь… надеялся. Чашка кофе. Чай. Короткий разговор. Ну, какая-нибудь такая хрень. Может, мы бы стали друзьями. Если, конечно, у тебя бы не было мужчины, который возражал бы. Так что, да, именно поэтому я и торопился.

Его желтые глаза поднялись к ней. Он быстро моргал, словно боялся того, что могло появиться на ее лице.

— Друзьями? — Повторила она.

— Да… В смысле, я бы не унизил тебя просьбой о большем. Я знаю, что ты сожалеешь… Просто, я не мог отпустить тебя без… Да, так что… Друзьями.

Боже… правый. Он приходил к ней. С намерением вернуться.

Черт, это выходило за рамки всех сценариев, которые она представляла себе, всех разговоров, которые мысленно вела с ним.

— Я… О чем ты говоришь, Зейдист? — Запинаясь, переспросила она, хотя и слышала каждое слово.

Он снова глянул на карандаш в своей руке и отвернулся к столу. Перевернул спиральную тетрадь на чистый лист, наклонился и какое-то время трудился над ним. Потом вырвал.

Его рука дрожала, когда он протянул лист ей.

— Не очень разборчиво.