Рыжее счастье

Скромные.

Я усмехнулась, наблюдая, как незваный гость идет к калитке. Покупатель, блин... Да я, может, впервые почувствовала, что такое собственный дом! А он — халабуда, халупа...

— Крыся, ты голодный?

Кошарик, обрадованный уходом интервента, громко мяукнул.

— Действительно, кого я спрашиваю?

Я выложила в миску очередную порцию корма.

— Знаешь, Крысь, мне кажется, наш гость не понял, что мы больше не хотим его видеть.

Кот согласно заурчал.

— И, вообще, он из настырных. Такой не отступится.

В ответ раздалось смачное чавканье.

— С кем я говорю? Ты ведь тоже мужик! Пусть маленький и кошачий, но все-таки...

Я махнула рукой, отложила тряпку и бухнула на отмытую плиту большой эмалированный чайник. Достала из холодильника свои скудные припасы, настрогала салатик, отрезала тонкий ломтик колбасы, уложила его на толстый ломоть хлеба и довольно улыбнулась. Все. Ужин готов.

Спустя пять минут я уже сидела за столом, попивала чай и млела от счастья, разглядывая чистую кухню. И в тот момент мне казалось, что это самая лучшая кухня на свете."

"Теплый свет от старомодного абажура, легкий парок над чашкой, горшок с геранью на подоконнике, тикающие ходики. Как ни странно, в окружении этих вещей я ощущала себя удивительно к месту. И уже могла представить свою дальнейшую жизнь — мирную, спокойную, неспешную. С долгими завтраками и неторопливыми ужинами, с походами в лес за грибами и поездками в ближайший город за покупками. С уютными зимними вечерами и короткими летними ночами. Не жизнь — мечта!

Пока я чаевничала, за окном окончательно стемнело.

Тихий стук, долетевший из комнаты, заставил удивленно прислушаться. Странно. Такое ощущение, что хлопает оторванный ставень. Но никаких ставней в доставшемся мне доме не было.

Поднялась из-за стола, прихватила для храбрости веник и двинулась в гостиную.

Звук стал громче. И раздавался он от окна.

Я включила свет и в тот же миг увидела метнувшуюся по стене тень.

— Ну и что тут у нас за привидение завелось? — иронично уточнила у смолкнувшего пространства.

Пространство отвечать не пожелало.

— Захочешь есть — приходи на кухню.

Не дожидаясь реакции на свои слова, вскинула на плечо веник и вышла из комнаты.

Первая ночь в незнакомом доме спровоцировала меня на глупость.

Укладываясь спать, я дважды перевернула подушку и прошептала: “На новом месте приснись жених невесте!”. Бред, конечно. Какой жених? Зачем он мне, вообще, нужен?

Но неискоренимый женский прагматизм убежденно заявил: “делай как положено, и не умничай!”

Вот я и сделала.

Спала крепко. Но недолго.

Проснулась от ощущения чужого взгляда. Ага. Так и есть. В темноте тускло светились два желтоватых огонька.

— Чего стоим и смотрим? — ляпнула с испугу.