Стань Звездой!

Годы должны были смягчить острые углы, а медитации — сделать воспоминания размытыми, превращая прошлое в бесплотные тени. Но Эрик будто открыл шкаф, все эти годы стоящий плотно закрытым, и на него вонючим ворохом вывалились грязные тряпки. Наверное, это было мелко — мстить больному старику. Но для Эрика его поступки не имели срока давности.

— Что мне делать? — спросил он. — Чем я могу помочь?

— Доверься Курту, он все устроит, — Зак скользнул рукой по его спине. —  Перетряхнет все белье, но поверь, тебе понравится.

— Идет, — Эрик зажмурился, отдаваясь в спеленывавшие его объятия, позволяя Курту и Заку закутать себя в тесный, безопасный, надежный кокон. Надо было спросить, что именно решил поведать миру отец, послушать запись разговора или посмотреть видео, Но Эрик отчаянно не хотел встречаться с ним лишний раз, пусть и не наяву.

Они какое-то время так и стояли, крепко обнявшись, пока их уединение не нарушил настойчивый звонок телефона Зака.

* * *— Мистер Ласард, приятно видеть, — Доминик Купер льстиво улыбнулся и протянул Эрику руку для приветствия. — Ваш отец вот-вот приедет. Прошу, располагайтесь. Господа, чай, кофе?

— Нет, спасибо, — сухо ответил Эрик и сел в одно из кресел, стоявших вокруг большого стола.

— А я выпью, — отозвался Курт. — С молоком и сахаром. И воды пусть принесут.

Доминик распорядился немедленно принести все озвученное и сел напротив Курта.

— Итак, что вы решили? — спросил он без предисловий.

Курт раскрыл свой портфель и достал оттуда пухлую папку.

— Несколько фактов из рассказа мистера Ласарда вызывают сомнения, — сказал он, взвешивая папку на ладони. — Короче, врет он как сивый мерин. И если не испугается прийти сюда сегодня, я лично ткну его мордой в его дерьмо. А потом уже ты решай, стоит ли связываться.

Эрик крепко сцепил руки в замок. Курт показал ему запись только сегодня утром, когда ему прислали все затребованные им документы. И хотя в словах отца не было ни слова правды, у Эрика все равно осталось ощущение, что его хорошенько вываляли в грязи.

— Что ж, бассейн для дерьма я вам обеспечу, приятного заплыва, — Доминик встал и открыл дверь как раз вовремя — старик Ласард ковылял по коридору, картинно подволакивая ногу.

— Сынок! — выдохнул он, едва переступив поток и картинно схватился за сердце.

— Не выродок и не ублюдок? — Эрик скрестил руки на груди и порадовался, что рядом Курт и Доминик: он не был уверен, что сумеет сдержаться и не врезать папаше на самом деле, если тот вдруг решит разыграть сцену с примирениями и объятиями.

— Сын, как ты можешь! — отец закатил глаза и показательно упал в кресло. — Где же мы с матерью ошиблись в твоем воспитании! Я столько лет не спал ночами, все пытаясь понять, что сделал не так.