Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

Нынешний император обладал лишь тремя стихиями, а Игорь владел и того меньше — двумя, как и сам Андрей.

— Что ж ты, молодец, не весел, что ж ты голову повесил? — вкрадчивый голос, раздавшийся откуда-то сбоку, заставил Андрея вздрогнуть. — На судьбу злишься, государя проклинаешь?

Сухие пальцы коснулись его локтя. Андрей с удивлением вгляделся в лицо старика с кривой улыбкой, сидящего на ступенях лестницы и простершего к нему руку.

— А то и проклинай — заслужил!

«Сумасшедший», — подумал Андрей и собирался уже отойти, когда старик, погрозив ему заскорузлым пальцем, продолжил:

— А ты не балуй да не гневи бога! Не торопись отказываться от дара, милостью божественной тебе ниспосланного.

— Какого еще дара? — нахмурился князь.

В то самое мгновение зазвонили колокола, и из церкви живым потоком хлынула толпа. Андрей опомниться не успел, как его оттеснили от нищего, и тот затерялся за радугой пышных юбок.

Пытался к нему протиснуться, но люди обступили нищего, а когда лестница опустела, старика уже не было.

— Может, вообще почудился? — пробормотал Андрей и тут же себя отругал: — Сам виноват, нечего было тащиться с Шуйским в кабак!

Кликнув извозчика, скучавшего на козлах двуколки, Андрей нетвердой походкой направился к повозке. Назвал адрес и вдруг почувствовал острое желание обернуться.

— Что с тобой происходит, Софья? Ты всегда была мне послушна, а теперь огрызаешься. Я тебя не понимаю!

Хмурую девицу в светлом платке и платье в мелкий цветочек Андрей узнал сразу. Его невестушка… Огрызается? Вяземская слыла девушкой тихой, забитой, но вчера в музыкальной гостиной нашла в себе храбрость дать отпор Игорю. Не сразу, но все же сумела проявить характер.

Нежный цветочек с колючками? Молодой колдун усмехнулся, наблюдая за тем, как его, прости Господи, невеста следом за теткой спускается по ступеням лестницы. Недовольная родственница продолжала ее распекать, а девчонка у нее за спиной корчила смешные рожицы.

Вот тебе и забитая мышка.

Забравшись в двуколку, Андрей мрачно приказал:

— Поехали!

Что там говорил юродивый? Про дар что-то лепетал. Точно сумасшедший! Он по-прежнему считал, что Софья Вяземская — его наказание и погибель.

Девушка была пустой, а в будущем пустым станет его род.

Маша Семенова

Прошло несколько дней.

Несколько кошмарных дней, в которые я не раз и не два нарушила завет бабки. Она говорила не злиться? Да это просто анриал! Если честно, я уже зверела от жизни в четырех стенах. От отношения ко мне князя, от вездесущей Татьяны, а заодно и от всей этой предпраздничной кутерьмы. По большому счету мне было плевать, в чем выходить замуж, хоть голой под венец идти.

Ну а что? Высказала бы таким образом немой протест.