Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

И если сестре он мог велеть умолкнуть, то проявить грубость по отношению к княгине никогда бы себе не позволил.

Даже стало немного жаль Софью. Заклюют ведь…

Хотя, с другой стороны, это еще вопрос, кто кого будет клевать: они или она. Девица оказалась с характером, из-за чего Андрей невольно то и дело возвращался мыслями к их последней встрече. Дерзкая пустышка? Таких ему раньше видеть не приходилось.

— Куда это ты собрался? — окликнул его Соболев, огневик со взрывным характером, известный любитель покутить, заметив, что Андрей ищет глазами выход. — Воронцов, да стой же ты, каналья! Мы ведь только начали!

— Мне нужно на воздух. А за каналью можно и на дуэль, — холодно бросил князь, и запала у Соболева мгновенно поубавилось.

Воронцов слыл метким стрелком и еще не проиграл ни одной дуэли.

Не оглядываясь, Андрей стал пробираться к выходу. От дыма и чада оплавленных свечей зал казался еще темнее, а сидевшие за длинными столами люди — черными тенями.

— Я поговорю с ним, — сказал друзьям Шуйский и отправился следом за женихом.

Только оказавшись на улице, князь вдохнул полной грудью. Мимо по мостовой прогромыхала коляска. Жаль, что была занята, иначе бы забрался в нее и умчался прочь от тех, что когда-то были ему друзьями.

Если с Игорем Андрей поддерживал дружбу, потому что был вынужден, то Шуйского, Белевского и Соболева считал теми, на кого можно было положиться.

Зря.

Их, как оказалось, его женитьба на пустышке веселила. Ни в одном он не увидел ни сочувствия, ни сожаления.

— Не обращай на идиотов внимания, — тихо сказал приблизившийся к нему Шуйский. — Сами не понимают, что несут. Я вытащил тебя из дома, чтобы ты развеялся. И в мыслях не было над тобой насмехаться.

Андрей мрачно усмехнулся:

— Развеяться не получилось. И даже если сейчас напьюсь, проблемы это не решит. Только хуже будет.

— Это не решит, — согласился Алексей, а потом заговорщически продолжил: — Но кое-что другое может. Вот… — Запустив руку в нагрудный карман сюртука, достал небольшой флакончик, за хрупкими гранями которого поблескивала в свете фонарей лилового цвета жидкость.

— Что это? — Андрей нахмурился.

— Мой тебе свадебный подарок.

— Если это то, о чем я думаю… — Воронцов весь внутренне напрягся, резко отчеканил: — Я не убийца и никогда не причиню ей вреда!

— А разве я в подобном был когда-нибудь замечен? — притворно возмутился Шуйский. — Или ты обо мне настолько низкого мнения, что сразу подумал про яд?

— А про что я, по-твоему, должен думать после намеков Белевского на мое скорое вдовство?

Алексей отмахнулся:

— Я же говорю, не обращай на идиотов внимания! Я тебя не вдовцом пытаюсь сделать, а счастливо женатым. Вот это, к твоему сведенью, — потряс он в воздухе флакончиком, — заморское сокровище.