Транспортный вариант

Медик пожал плечами:

— Говоря честно, не обратил внимания. Слишком серьезный случай. Поэтому оперируем у себя, а не в хирургии.

— Далеко отсюда? — Денисов слышал, что операции могут проходить в нескольких залах, один из которых находится в двух шагах от них, справа, за дверью.

— Вы хотели взглянуть? — он покачал головой.

— А когда его повезут в палату? — спросил Денисов.

— После операции решим.

Медсестра в это время отвечала кому-то по телефону:

— Отделение реанимации. Да. Ничего не могу сказать. Сейчас на операции.

Да… Очень тяжелое, позвоните, пожалуйста, позже. Не знаю. Пожалуйста…

Денисов догадался, что по телефону интересовались его больным.

— Насчет Дернова?

— Да. От вас звонили… — она подтянула туже деливший ее пополам пояс. — Из милиции. Тоже волнуются.

— Больше ничего у вас? — спросил хирург.

— Где его одежда?

— В приемном. Если не сдали на склад. Если сдали — ищите в десятом корпусе.

На второй этаж вела широкая, в стиле этой триумфальной архитектуры лестница, светлая, как все в этом здании. Наверху она упиралась в крохотный, с одной-единственной маленькой дверью балкон.

«Возможно, что там, дальше, за маленькой дверью, широкий коридор…» — Денисов давал себе обещание проверить, но на это никогда не хватало времени.

У пожилой добродушной санитарки приемного покоя нашлись, как всегда, резиновые перчатки, она предложила их инспектору.

Тщательный осмотр, описание одежды, составление протокола осмотра — все это было еще впереди. Сейчас требовалось лишь основное: ориентировать о раненом, о имевшихся при нем предметах и полученных им повреждениях соседние органы внутренних дел.

Осторожно, стараясь не уничтожить следы, Денисов осмотрел одежду, проверил карманы."

"Пострадавший носил короткое серое пальто, утепленное, «8 % полиамид, 92 % шерсть», размера 52–54. Пострадавший, видимо, не курил, был аккуратен в носке вещей, часы предпочитал носить циферблатом к себе, на металлическом браслете; во внутреннем кармане обычно держал авторучку, заправленную черными чернилами. Был он брюнетом с короткими волосами, это Денисов понял, осматривая кепку. «Повреждений на одежде нет, — подумал Денисов. — Скорее всего ударили чем-то тяжелым по голове».

В карманах ничего не оказалось, кроме носового платка, нескольких автобусных билетов и кожаного бумажника. В бумажнике находилась расписка:

«…имевшиеся при пострадавшем деньги в сумме триста рублей тремя купюрами сданы в милицию до решения вопроса».

Денисов не стал занимать телефон в отделении, подошел к автомату, висевшему у входа, набрал номер дежурного.

— Из Склифосовского? — спросил Сабодаш. — Подожди, я включу Бахметьева, чтобы потом не дублировать.

У него наверняка будут вопросы.

— Он вернулся с Речного вокзала?

— Да.