Влюбить тебя

Ну хоть какое-то разнообразие! Меня впервые бросили.

Как себя чувствую?

На удивление хреново. И даже убедительные доводы, что так будет лучше не помогают.

- Не звони мне.

- Первая не сорвись, цыпа.

- Ха! Прощай.

Я с унылой улыбкой провожал взглядом самую прекрасную и желанную попку в моей жизни, а в голове билась только одна мысль, что я не трус, я - конченный тупица!

Не помню, как прошел остаток дня. Вечером я просто закрылся от отца в спальне, отказавшись комментировать свою «дурость». А утром…

Все двери бизнес-центра оказались заблокированы. У центрального входа стояли вооруженные охранники, отпугивающие моих арендаторов.

- Что здесь происходит? Вы кто? Где главный?

- Максим Денисович, - юрист выскочил из толпы озлобленных арендаторов и развернул меня к себе. – Происходит что-то непонятное. Якобы, ваше имущество арестовано за невыплату кредитных обязательств.

- Что-о? – херня какая-то, с банками у меня всё было схвачено. – Чьи это ребята? Это явно не полиция и не ОМОН.

- Не-е-ет… Это служба безопасности нового арендатора… А вот и главбух.

- Максим Денисович! Счета арестованы. Я ничего не понимаю.

Я еще раз оглядел фасад центра, охраняющих его ребят и негодующих арендаторов.

- Кажется, это то, о чем мне сигналила интуиция. У меня отжимают бизнес.

- И что теперь делать?

Хотел бы я знать! Пока у меня только один шанс, найти козла, который устроил это. И мой шанс – Олег Мезуров. Но захочет ли он мне помочь?

Глава 15. Слишком поздно

Светлана

В груди вместо сердца чувствовался камень. И чем ближе я подходила к дому, тем тяже он становился. Нет, понятно же, что мне придется самой объясняться с мамой и тут не спрячешься за спину Макса, но… Он бы мог просто поддержать меня, пообещать, что в любом случае останется со мной, при любом исходе разговора! Но Макс отступил, опять.

Сначала Макс поступил так с мамой, теперь со мной.

Любовь? Нет, просто секс. Хотя он ведь с самого начала об этом предупреждал – только секс, на сколько хватит. Ненадолго что-то хватило. Вот с мамой он был почти четыре месяца! А со мной всего три дня.

Резко заболело над переносицей и на глаза навернулись слезы. Но я не буду плакать… Или буду? Черт, сейчас еще надо решить, рассказывать маме или нагло врать. Если расскажу, то это будет удар, Макс тут прав. А если совру… Теперь правду можно смело похоронить, Макс предпочел вычеркнуть меня из жизни, и я не собираюсь принимать его обратно.

Значит, решено. Я просто забуду Макса. Его не было в моей жизни, и все тут.

С таким настроем я поднялась на наш этаж и замерла перед дверью.