Восемь жизней

В выборе маршрута Наденька была постоянна — ей нравился большой зеленый куст можжевельника справа от дома, жесткие ягоды на нем, тропинка, уводящая вниз. Шаг за шагом, метр за метром изучая камни, кусты, деревца, врач с медсестрой искали свою необычную пациентку. Марина не только присматривалась — она прислушивалась и принюхивалась, безошибочно зная, как пахнет сама девочка, нашпигованная лекарствами, и все, что может исторгнуть ее измученное тело. Через час поисков они нашли облепленный насекомыми грязный памперс, который, видимо, зацепился за колючую ветку горного шиповника.

"— Найдем, не волнуйся, доктор золотые руки, — ерничала Марина. Она пока не показывала Кириллу ночную добычу, убивающую почти бесшумно. Понимала, что доктор может стать в позу, отказаться стрелять, начнет задавать лишние вопросы. А если спонтанно сунуть ему в руки эту игрушку и указать на ускользающую из поля зрения девочку, пальнет как миленький.

Они заметили свою «большую удачу» ближе к полудню. Весеннее солнышко жарко пригревало крутой каменистый склон, раскрасневшиеся охотники расстегнули куртки. Марина сняла свитер и повязала его на пояс, надев ветровку прямо на футболку. Недалеко внизу Надюша, совершенно голенькая, покрытая от холода пупырышками, трясущаяся от озноба и высокой температуры, ползла вперед, оставляя за собой следы крови, сочащейся из коленок, локтей и ладошек, изрубленных острыми камнями.

— Отлично, Зернов, все, как я тебе обещала. Десять, максимум пятнадцать минут — и она наша. Вперед! Цель прямо по курсу!

Спускаться напрямик было опасно — они побежали по петляющей тропке, стараясь не терять жертву из виду. Девочка не замечала их, не слышала голосов.

— Не иначе, воду нашла или пищу! Хоть бы мертвечины какой не нахваталась! — предположил доктор Зернов.

— Не смеши меня, добрячок! Тебе-то что? Нахваталась не нахваталась — все равно конец один. Или ты ее домой поведешь? Напоишь, накормишь, в баньке выпаришь? Она и так не жилец была, а побегом этим окончательный приговор себе подписала.

— Ты что имеешь в виду, Мариша?

— Только то, что вкладывать средства в ее лечение нерентабельно. Помрет что с ними, что без них. А шедевр рукотворный — мордашку перешитую она об ветки и каменья так изодрала, что весь твой профессионализм и дизайнерское творчество — коту под хвост. Так что давай, дружище Пигмалион, целься, — она вложила ему прямо в руку вытащенный из-за пояса пистолет.