Восемь жизней

— Где она?! — орал Волошко, понимая, что Алены в доме нет и доктор не знает, где ее искать.

Виталий Юрьевич морщился от боли, пробовал встать, пачкая руки и мебель.

— За ней пришел военный. Высокий, широкоплечий, немолодой. Я его не знаю, — доктор пытался выиграть время, заинтересовать собой, показаться полезным. Он искренне боялся, что Иван сейчас пристрелит его.

Второго пистолета у Волошко не было, искать тот, что оставил психотерапевту, не имело смысла. Тяжелая мраморная кукла, похожая на шофера, обслуживающего вице-мэра, с размаху опустилась на голову Виталия Юрьевича.

Она придала ей неожиданно комичную, приплюснутую форму, изменила цвет лица и заставила разжаться пальцы руки. Уже подсохшая темная лужица заблестела и запахла.

Иван брезгливо сморщился, осторожно поставил каменную бабу рядом с ее жертвой, предварительно протерев кружевной салфеткой. Салфетка улетела в камин и сразу занялась веселыми оранжевыми язычками.

— Что нового? — озабоченно спросил Волошко, садясь в «мерс» рядом с Владленом Львовичем. — Мотивы похищения выясняются? — О том, что минуту назад он убил человека, не справившегося с непростым поручением, догадаться было сложно — голос уверенный, походка бодрая…"

"Господин Апанасенков только пожал плечами в ответ — его информаторы сообщили, что люди в машине были отнюдь не похищенными, а скорее задержанными по подозрению в ужаснейшем преступлении.

Но докладывать об этом всесильному и неприкосновенному было бы глупо.

«Мерседес» снова мчался в город, не соблюдая ни правил, ни дорожной разметки. Пассажиры не выглядели встревоженными или взволнованными.

Иван анализировал последние слова доктора — за Аленой пришел немолодой, крупный военный.

Этот военный — не кто иной, как тот самый Борис Иванович, который не сразу отдал ему Петю и сумел один справиться с группой спецназовцев. Это о нем говорила спасенная от Ирочкиного наемника учительница, рассказывая, с чего начались ее мытарства.

Значит, теперь его соперник не сопливый стоматолог, бывший возлюбленный его жены. Новый враг поинтересней, подостойней. Но тоже нищий. Кто у него в Москве? Сын? Отличный рычаг давления!

На контрольном пункте Иван приказал машине остановиться.

Он пристрастно расспросил охранника, кто из посторонних въезжал в элитный поселок. Оказалось — никого, кроме клиента для Михаила Ефимовича.

— Ладный, складный, молодой, холеный — такими словами коллега Мухина описал Андрюху. С кем въезжал-выезжал сам Михаил Ефимович, пожилой надсмотрщик не приметил, решив, что второй, как всегда, Саша.

Такой ответ не мог устроить Волошко. Он допускал, что военный смог тайно пробрался в «Катерину Альпик», но выбраться незамеченным с полуживой женщиной невозможно.