Женаты против воли

 — Это все? Ты пришел сюда лишь для того, чтобы увидеть меня и запугать? Больше ничего сказать не хочешь?

Я сама не знала, каких слов ждала. Но хотя бы элементарное «спасибо» можно было сказать?

Молчание.

— Я уезжаю утром…

Коннор не уходил. Застыл, ожидая продолжения.

— Больше мы не увидимся. Дело не только в главе рода или Питере. Я сама сделаю все, чтобы мы больше не встретились.

— Боишься? — глухо спросил мужчина.

— Не за себя… — тихо ответила я.

— За меня? — закончил Хоторн и хмыкнул. — За меня бояться не стоит. И ваш глава ничего сделать не сможет.

— Это ты так думаешь. Ты даже не представляешь, как же сильно он тебя ненавидит и на что способен.

— Представляю. Но ты права. Видеться нам больше не стоит. Прощай, Лирин Монрей. Прощай и будь счастлива.

Хоторн бросил на меня последний взгляд и исчез за окном.

— И ты, — прошептала я в темноту, — ты тоже будь счастлив.

Утром мы втроем сели в повозку и отправились в путь. Я так ни разу и не обернулась, хотя все тело ныло и ломало от желания выпрыгнуть наружу и броситься назад, вбежать по ступенькам и найти его…

— Все в порядке?

Питер накрыл мой кулак, успокаивая.

— Да. Да, все хорошо.

Раз поставила точку, то не стоит превращать ее в многоточие.

Я не солгала Коннору и действительно готова была сделать все для того, чтобы никогда больше не встретиться с ним. И ради этого готова была бороться и ругаться с дядей.

Если бы я только знала, что Финне Монрей уже все решил за меня и запустил процесс, против которого выстоять невозможно.

Коннор Хоторн

Неделю спустя.

Рейн вошел без стука.

— Говорят, ты утром получил письмо от Финиса Монрей?

Коннор сидел в кресле и невидящим взглядом смотрел в окно, потирая щетину на подбородке.

— Все в порядке? Что он хочет? — тут же встревожился друг, подходя ближе.

— Выражает мне соболезнования, — меняя позу, ответил Хоторн.

— Тебе? Соболезнует выздоровлению? Вот гад!

— Нет.

Коннор достал из нагрудного кармана тоненькое письмо и протянул другу.

— Моей утрате. Держи.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Рейн, принимая письмо. — Какой утрате? О чем он?

— Читай. Это не секретная информация.

— Уважаемый Коннор Хоторн, с грустью вынужден сообщить вам, что во время последнего прорыва мы понесли невосполнимую утрату.

— Отец и Император уже предупреждены. Так что да, это правда. Айрин Монрей погибла во время прорыва пять дней назад. Я вдовец, Рейн. Я уже пять дней как вдовец.