Аллергия на кота Базилио

Просто какой-то погибший дом, и из-за того, что существует легенда про Ваньку-смерть, никто туда не ходит. Думаю, что в селах, которые расположены километров за пять-десять от Повалкова, никто о якобы монастыре и не слышал. Нам надо…

– Найти местных бабулек, – оживился полковник, – расспросить их подробно. Дарья, женщины за восемьдесят – твоя аудитория. Запасись чем-нибудь вкусным, купи вафельный торт, и вперед.

– Дашуня, к тебе эсэмэска пришла, – сообщил Кузя, – айфон пищал.

Я взяла трубку, прочла эсэмэс: «Можно позвонить? Яна Реутова из Повалкова», нажала на экран и включила громкую связь.

– Ой, здрассте, – зачастила сестра покойной Зинаиды.

– Не фигасе, врун! – вдруг воскликнул Кузя.

Сеня погрозил ему кулаком, но, к счастью, моя собеседница не слышала его восклицания.

– Кой-чего сказать тебе надо, – сообщила Яна.

– Слушаю тебя внимательно, – сказала я.

– При личной встрече, – прошептала Яна, – и не у меня дома, люди любопытны, сразу начинают истории придумывать! На шоссе построили торговый центр «Аук», можно там встретиться на парковке. В машину к тебе сяду. Напиши, когда приедешь.

– Что-то случилось? – насторожилась я.

– Ну… при встрече скажу.

– Хорошо, – согласилась я, – сейчас уточню по навигатору, сколько ехать, и напишу. У меня вопрос к тебе. В Повалкове много коренных жителей?

– Где родился, там и пригодился, – вздохнула Реутова. – Молодые разбежались, из пожилых осталась Королева Клавдия Петровна, она в селе на свет появилась, всю жизнь на одном месте провела. В город только к врачу внук ее возит. Сколько лет бабке, не спрашивай, много. Физически она еще ничего, а вот с головой беда. Полный и окончательный Альцгеймер. Та же петрушка с Ольгой Ивановной и Авдотьей Никитичной.

Вроде резвые на ноги, руки, а головы дурные. Я, когда их вижу, всегда думаю, что лучше под машину попасть, чем такой, как они, стать. Только эти старухи коренные повалковские, родители их из деревни. Когда разрешили своими участками торговать, почти все, кто в Повалкове родился, продали дома и в Москву подались. Хотели люди городских радостей. А столичные жители к нам рванули, огороды завели. Вот такие дела.

– Спасибо, – вздохнула я, – буду на парковке примерно через час. Ситуация на шоссе быстро меняется, могу и опоздать.

Заранее извини, если задержусь.

– Ерунда, я подожду, – воскликнула Яна, у которой, похоже, мигом улучшилось настроение.

– Что тебя удивило? – спросил у Кузи Семен, когда я положила трубку на стол. – Кому адресовалось: «Не фигасе, врун»?

– Михаилу Андреевичу Носову, – ответил Собачкину его друг, – он себе возраст исправил. Случайно инфа выпала. Я забил запрос о долгожителях в Повалкове и списочек получил. Дашенция, что тебе дедушка сказал, сколько ему лет?

Я начала вспоминать.