Аллергия на кота Базилио

– Свеча для избавления от людей, но ее надо зарядить именно для вас, стоимость пять тысяч рублей.

– Ой!

– В подарок идет мыло от пигментных пятен с заговором для сияющей кожи, а оно стоит полторы тысячи.

– Как вас зовут? – кокетливо спросила я.

Мужчина ответил:

– Иосиф.

– Вы продавец?

– Я владелец магазина.

– Сделайте мне скидочку, – простонала я. – Подумаю и перезвоню. Больно дорого хотите.

– Конечно, подумайте, но имейте в виду, если запустите ситуацию, справиться с ней будет сложно и дорого. Кстати, есть шанс получить свечу даром.

Я изобразила радость.

– Правда? Как?

– Приходите сегодня на прием к гуру астрологии Екатерине, – объяснил Иосиф, – прием длится тридцать минут, стоит две тысячи.

– Согласна, – ответила я.

– Вам повезло. Есть прием в шестнадцать. Как вас зовут? – поинтересовался собеседник.

– Жена, Людмила! – вдруг закричал Дегтярев. – Хватит болтать, я жрать хочу!

– Людмила, – повторил Иосиф, – ждем вас.

Теперь из ноутбука полетели короткие гудки.

– Ты меня звал? – спросила Марина, заглядывая в офис.

– Нет, но хорошо, что ты пришла, садись, – велел полковник, – надо встретиться с Екатериной, прикинуться ее клиенткой, Даша пойти не может. Эта Катя ее видела и никогда не поверит, что Васильева решила к ней за советом обратиться. Отправишься на беседу ты, роль дуры тебе прекрасно подходит, много актерского таланта не потребуется.

У меня от удивления, смешанного с негодованием, пропал дар речи. А Марина тихо сказала:

– Ты прав, я не обладаю большим умом, но зачем к идиотке обращаться? Не по Сеньке шапка, я не справлюсь с заданием.

Марина встала и ушла.

– Что это с ней? – изумился полковник.

– Мариша – просто молодец, – сказал Кузя, – девять баб из десяти, услышав, как их при посторонних назвали дурой, такой скандалище закатили бы! А она с достоинством удалилась, ни одного грубого слова не произнесла. Респект ей и уважуха.

– Я не обзывал Марину дурой, – возразил Дегтярев.

– Все слышали грубость, – встал на сторону Кузи Семен, – прости, Александр Михайлович, мы тебя уважаем, знаем, какой ты умный сыщик. Но сейчас совсем нехорошо получилось. Даша, ты как считаешь?

Я кивнула.

– Марина – умница. Ох, боюсь, что она примет решение, которое никого из нас не обрадует.

– Да не хамил я ей, – растерялся толстяк, – женщины от природы мыслят иначе, чем мужчины. Я всегда это при беседах учитываю. Сейчас стал объяснять Марине, какую роль ей придется исполнить при беседе с Екатериной: выглядеть надо дура дурой, приободрил: ей для этого особенно стараться не придется.

Я вскочила и побежала на второй этаж, где живет Мариша, и увидела картину, которая мне совсем не понравилась.