Аннулет. Книга 2 – Ученик

А совсем отказаться тоже не мог. Ураз твердо сказал, что надо. И, если я отправлю их домой, то просто приедут другие. А если у меня возникнут какие-либо проблемы, наличие поблизости людей, которым можно позвонить в любое время дня и ночи, может не раз мне пригодиться. В чем-то он, конечно, прав. Именно поэтому я решил оставить все так, как есть, а там будет видно.

Когда я уже готовился ко сну, в дверь позвонили. Кому я мог понадобиться? Странно, но мало ли что. Пошел открывать, на всякий случай перед дверью накинул на себя каменную кожу. Открыв, увидел Курбатова.

— Вениамин Григорьевич? — удивленно поприветствовал его я.

— Добрый вечер, Виталий. Можно, я зайду?

Отступив на шаг, я пропустил его внутрь. Дождавшись, когда Курбатов разуется и оденет гостевые тапки, пригласил на кухню. Выглядел он мрачным и очень уставшим. «Не к добру», — мелькнула мысль у меня в голове. Сев за стол и поставив свой кожаный портфель на соседний, Курбатов поднял на меня взгляд."

"— Что-то случилось? — спросил я, садясь напротив.

— Да, — коротко произнес он и после небольшой паузы продолжил:

— Прими мои соболезнования. Вчера, выполняя задание ИСБ, погиб твой дед, Дмитрий Александрович Шувалов.

— Как это произошло? — мгновенно охрипнув, с трудом произнес я.

— Это уже не секрет — вчера произошел теракт, захват заложников. Санаторий в Джубге. Думаю, ты слышал в новостях.

— Нет, — я покачал головой. По телевизору смотрел только музыкальный канал, никаких новостей там не было, и о теракте я ничего не слышал.

— Способности Дмитрия к иллюзии очень помогли при освобождении заложников, но не уберегли от шальной пули. Я был рядом. Смерть практически мгновенная. Не повезло. Но в любом случае он отдал себя всего, без остатка, совершил подвиг. Вряд ли смог бы пережить откат. Может, так было и лучше.

— А говорил, что бумажки перекладывает, — с укором произнес я. Дед толком никогда не рассказывал, чем занимается. Предпочитал отшучиваться. Не думал, что он участвует в боевых операциях. Тем более, в его возрасте.

— Все мы так говорим. Зачем заставлять родных нервничать по пустякам? — Курбатов устало махнул рукой.

Мне было очень тяжело принять такую новость. После смерти мамы у меня не осталось по-настоящему родных людей. Потом появился дед. Пусть отношения наши нельзя было назвать теплыми или близкими, но он был родным. Тем человеком, который готов меня всегда поддержать, несмотря ни на что, и простить любые ошибки. Тем человеком, который заботился обо мне в детстве. В меру своих сил и возможностей. Он был суровым, но скрыть свою любовь не мог. Помню его теплый взгляд, когда первый раз поехал на велосипеде. Как он радовался, когда у меня что-то получалось. Можно сказать, что он заменил мне отца. А теперь его не стало.