Ареал

Еды у нас своей предостаточно, а вот шприц-тюбики стерильные нам бы очень пригодились, препараты расфасовывать… — Он посмотрел на сбившихся в кучу Непров и перевел взгляд на Кварца: — И что с ними делать? У меня выгребли всё подчистую. А выгнать его — так через неделю и вовсе без глаз останется. Если только из своей аптечки что-нибудь вколоть. Айболит — Медведю!

— На связи! — откликнулся санинструктор. — Кому и что ты собрался вколоть, маньяк?! Моими препаратами нельзя пытать и убивать людей, они для лечения предназначены!

Однако узнав подробности, Айболит пришел к выводу, что ситуация серьезнее, чем может показаться на первый взгляд, и одним уколом тут не ограничишься.

Он несколько минут давал подробные рекомендации, после чего Медведь приступил к их реализации. Раненого уложили на землю, вкололи антидот и установили пару медицинских метов согласно указаниям Айболита.

— Полчаса будешь лежать неподвижно, — объяснил Медведь, извлекая из своей аптечки ещё один шприц-тюбик с антидотом. — Так велело наше научное светило. Потом вколем тебе антибиотик и иммуномодулятор, этого должно хватить.

Мы уже сталкивались с мутировавшим токсином зверья, пережившего Катаклизм. — Он машинально потер себе бедро, пострадавшее в своё время от присосок Осьминога, и обернулся к женщине: — Ребенку надо вколоть вот это. Внутримышечно, прямо сейчас.

Женщина взяла у него из рук шприц с антидотом и поставила обезьянке укол. Вопреки ожиданиям, детеныш сопротивляться не стал, лишь после укола попытался зализать образовавшуюся ранку прямо через штанишки.

— И вот это вколоть на ночь, перед сном, — здоровяк протянул женщине ещё один тюбик.

— Мама! — отчетливо произнесла обезьянка, провожая взглядом тускло светящийся шприц, исчезающий в глубине увешанных листьями одежд. — Дай! — Она протянула к матери мохнатую ручку-лапку.

— Потом, зайка моя, — женщина ласково погладила детеныша по голове. — Дядя сказал дать тебе это лекарство вечером. Вот солнышко спрячется, станет темно, мы покушаем и ляжем спать, тогда…

— Дядя! — обезьянка перебила мать, указывая на Медведя. — Дядя хороший! Дядю ждёт дядя!"

"— Да, Асенька, радость моя, дядя очень хороший! — женщина на всякий случай прижала обезьянку к груди, чтобы та не смогла прыгнуть на майора, если такое внезапно взбредет ей в голову.

 — Дядя добрый, он вылечил нашего папу и вылечит Асе ручку, и Ася снова будет качаться на веточках…

— Дядю ждёт дядя! — Ася не обращала внимания на материнские увещевания. — Там! — Мохнатая ручка-лапка протянулась в сторону Эпицентра, и обезьянка ловко запрыгнула матери за пазуху.

— Не обращайте на неё внимания, — торопливо оправдывалась женщина.