Ареал

Ладно, об этом он поразмыслит позже, после того, как выцарапает Лаванду из этого чёртова пси-поля…

Они приблизились к выходу из тоннеля, и запирающая его Зыбь отползла в сторону, открывая путь. Академик, пыхтя, принялся вылезать из кратера, и Берёзов последовал за ним. Выбравшись на землю, он подал руку Лаванде и вытащил её на поверхность.

— Вам сюда! — Фрагмент Подпрограммы указал рукою на Зыбь.

Та немедленно двинулась к ним, и Иван рефлекторно отшагнул назад. Лаванда попятилась к нему, опасливо косясь на приближающуюся аномалию.

— Это Зыбь, — неуверенно произнесла она, — туда идти нельзя.

— Не волнуйтесь, — успокоил их академик, — исходная точка свёртывания пространства сейчас будет готова.

Зыбь подползла к ним на расстояние в пару шагов и остановилась. Вблизи она оказалась ещё крупнее, чем представлялось раньше. Неожиданно повеяло холодом, и Иван понял, что исходит он от аномалии, будто Зыбь стремительно остывает. От её холодного марева в горячем воздухе замерцали тонкие струйки белого пара, и мглисто-серая тень, какой показывала Зыбь «Ариадна», вдруг сменилась на бледно розовую подсветку.

— Лизун! — захлопала в ладоши Лаванда. — Какая прелесть! Какой милый фокус! Как вы это сделали?

— Проекция области перемещения изменила фазу, — произнёс академик. Он обернулся к Берёзову и протянул ему какой-то предмет. — Возьмите. Без этого процедура свёртывания локального пространства не начнётся.

— Что это? — Иван рассматривал лежащий у себя на ладони кусок полупрозрачного минерала, чем-то напоминающий оплавленный обломок сталактита.

— Назовём это ключом, — заулыбался Фрагмент. — Можете положить его в карман. Имея это устройство, вы пронзите пространство, свёрнутое в этой проекции, — он указал на Лизуна, — пройдёте насквозь и окажетесь у нужной вам лаборатории. Система работает в обе стороны, я буду держать её активной четырнадцать часов, дольше нет смысла.

— Я помню. — Берёзов сунул «Ключ» в карман и обернулся к Лаванде: — Нам пора."

"— Давайте побудем здесь ещё немного? — Девушка воззрилась на него умоляющим взглядом. — Пожалуйста, Туман! Тут так восхитительно! А какая прелестная трава! Она абсолютно чёрная! Я обожаю чёрный цвет!

— Всех, у кого нет «Янтаря», отсюда выгоняют, — напомнил ей Иван, — и больше никогда не пускают обратно.

— Я тоже! — Лаванда решительно двинулась к аномалии. — От «Янтаря» определённо будет больше пользы здесь, нежели в лабораториях. Здесь вообще… — девушка скрылась в зыбком мареве Лизуна, и её слова превратились в тихое неразборчивое бормотание.