Ареал

Берёзов шёл через лес максимально возможным с такой ношей темпом, стараясь держаться у самых деревьев, и подчас нити Паутины тянулись от идущих людей на расстоянии ладони. Приходилось рисковать — в небе над лесом проносились вертолёты. «Невидимка» скроет его от приборов, возможно даже, «Янтарь» экранирует Лаванду, но попадаться вертолётчикам на глаза не стоило: группу захвата всё равно высадят, и она быстро разберётся, что беглецам удалось уйти. И если там есть хоть кто-то, у кого работает голова, ему не составит труда догадаться, что делать дальше. Вертолёт упал недалеко от ЛП-32, где всё и началось, надо ли долго думать, куда отправлять группу захвата? А ведь место вокруг лаборатории открытое, и на наблюдательной вышке установлен АГС…

— Ванечка, а хочешь, я расскажу тебе про Осьминога! — Голос Лаванды вывел его из раздумий.

 — Я его назвала Ваней, в твою честь! Он такой милый, правда, немного недолюбливает моих лаборантов, на прошлой неделе плевался в них кислотой, но вообще-то он просто прелесть! До сих пор живёт у меня в лаборатории! Можно мы возьмём его с собой в Эпицентр?

— Мы сильно опаздываем, — ответил Берёзов.

Двигаться почти бегом с раненым на плечах было совсем нелегко, и разговаривать сейчас означало быстро сбить дыхание и выдохнуться. — Мы потом за ним вернёмся, идёт? А пока расскажи, как у него дела. Только не забывай держаться за мной след в след.

Он обогнул небольшой овражек, на треть заполненный Студнем, и остановился у разлапистой ели, дожидаясь, когда над ними пройдёт очередной поисковый вертолёт. Лаванда топала за ним, словно заведённая, и что-то увлечённо рассказывала про удивительное поведение синусоидальных графиков в компьютерной программе, которую она лично написала для мониторинга биохимических процессов в нижних третях щупальцев Осьминога Вани.

Несколько раз Берёзов замечал шевеление в кустах поодаль, а дважды отчётливо разглядел замерших среди покрытой жёлтыми потёками растительности изуродованных мутациями волков, но нападений не последовало. Всякий раз зверьё не шевелилось, и лишённые зрачков жёлтые глаза мутантов, не обращая внимания на людей, пристально провожали багровую каплю «Янтаря».

У лаборатории их уже ждали. Едва Берёзов с Лавандой вышли к опушке, как Иван услышал короткий глухой хруст, и бессознательное тело Рентгена на его плечах слегка дрогнуло.

Похоже, работали из ВСС.[12]

— Ложись! — крикнул он Лаванде, падая в синюшную полынь. — Снайперы!

Капитан торопливо сбросил с себя контрразведчика и распластал его в зарослях. Пуля попала Рентгену в спину, ударила в ребро, похоже, расколола его и прошла дальше в лёгкое. Дело дрянь. До лаборатории двести метров, полторы сотни занято синевато-жёлтой полынью, а дальше полста метров — как на ладони.