Ареал

Но с РАО «Ареал» в словесную баталию не поиграешь, организация серьёзная, едва ли не государство в государстве. Тут необходимо действовать тщательно и очень грамотно, ни на букву не отступая от положений закона. Ему вообще повезло, что его пустили в Городок, пусть даже столь внезапно. Другие годами не могут добиться пропуска, и даже адвокатские корочки не помогают…

Он вспомнил свой разговор с отцом перед отъездом. Тот одобрил его решение, едва услышав.

— Друзей бросать в беде нельзя, — просто заявил отец. — Езжай и помоги, раз можешь. Отпуск за свой счёт взял?

— На две недели.

 — Влад слегка поморщился. — Еле выцарапал, до последнего не хотели отпускать. На мне весь юротдел висит, а тут ещё один судебный процесс намечается, приходится готовить столько всего…

— Ну, так отпустили же, — философски заключил отец. — Когда самолёт?

Влад посмотрел на часы:

— Через четыре часа начинается регистрация. Надо собираться, пока пробки окончательно не встали.

— Ты там, в Ухте, повнимательнее. — Отец нахмурился. — Не доверяю я этим закрытым конторам! Звони каждый день. Денег на мобильный положить тебе?

— Не надо, — улыбнулся сын, — всё в порядке, папа, я не первый раз отправляюсь в командировку.

Влад зашевелился в кресле, разминая затёкшие ноги. Сидеть не хотелось. И без того вся его работа на девяносто процентов связана с сидением в креслах. То ли дело в детстве, когда отца, боевого вертолётчика, вывели с авиабазы Баграм Демократической Республики Афганистан на Большую Землю. Хотя «Большой Землёй» военный городок в крохотном посёлке, затерянном в глухой тайге Амурской области, можно было назвать с такой же большой натяжкой.

Но двенадцатилетнему мальчишке только за счастье ходить с отцом в тайгу или бегать по армейскому полигону. И конечно же вершина мальчишеского триумфа — напроситься с отцом в полёт, когда сидишь на блистере отцовского борта, глядя, как вертолётная тень огромной чёрной стрекозой стремительно скользит по поверхности широкой реки, величественно застывшей под пилоном боевой подвески… Влад улыбнулся своим мыслям. Да… незабываемые впечатления. То были гораздо более активные годы. Отец учил его стрелять из пистолета, автомата, бросать гранаты — словом, позаботился о том, чтобы сын был готов к будущей воинской службе. Но жизнь обернулась по-другому. Кто тогда мог предположить, что он станет юристом? Влад вновь улыбнулся. Он до сих пор помнил, как отец впервые взял его с собой на гранатомётные стрельбы. От волнения маленький Владик забыл вставить в уши заглушки, принимая из рук отца готовый к выстрелу РПГ-7. В результате свист в ушах утих только к вечеру…"

"С тех пор прошли годы, и многое изменилось.