Ареал

 — Ареала мне достаточно. Да и болит не сильно.

— Хорошо, — кивнул врач, — мы вас проводим. Если вдруг передумаете, обратитесь к любому сотруднику медперсонала, вам выделят место на ареаловской половине.

Они направились к большой каркасной палатке с красным крестом, и Влад вновь потёр висок. Конечно, едва заметное зудящее сверление доставляло небольшой дискомфорт, но это ведь скоро пройдёт, правда?..

Сергей Тармашев

АРЕАЛ. ВЫЧЕРКНУТЫЕ ИЗ ЖИЗНИ

1

Цюрих, Швейцария, частная клиника нобелевского лауреата в области медицины доктора Кугельштайна, 22 октября 2011 года, 14 часов 34 минуты, время местное.

"

"Обширное стерильно белое помещение операционной было заполнено сложнейшими лабораторными установками и сверхсовременной медицинской техникой, переливающейся мониторами компьютерных интерфейсов. Два с половиной десятка специалистов, ассистирующих Кугельштайну, не сводили глаз с экранов, по которым непрерывными потоками бежали строки данных о ходе проводимого синтеза. Застывшие перед приборными панелями люди, облачённые в медицинские скафандры биологической защиты, более напоминали движущиеся гипсовые изваяния, установленные неизвестным скульптором посреди высеченной из мрамора футуристической композиции.

При взгляде со стороны возникало ощущение, что и технику, и её операторов сначала поместили внутрь этого помещения, а после выкрасили одной краской и то, и другое.

Сам нобелевский лауреат находился посреди своей операционной, у станины напичканного электроникой нейрохирургического стола, совмещённого с трубой ядерно-магнитно-резонансного томографа и десятком иных приборов.

Пожилой гений от медицины напряжённо вглядывался в один из пятидесятидюймовых плазменных мониторов, укреплённых под потолком в непосредственной близости от хирургической зоны. Наконец что-то негромко звякнуло, и на экране высветился ряд столбцов с цифро-буквенными обозначениями.

— Господин профессор! — один из ассистентов обернулся к седому учёному. — Синтез завершён успешно! Стабильность препарата девяносто девять и восемьдесят три сотых процента! Начинает падать, скорость распада полторы сотых процента в секунду!

— Наполняйте инъекторы! — распорядился доктор Кугельштайн и склонил голову к лежащему на хирургическом столе немолодому абсолютно лысому человеку, бледную кожу головы которого покрывала сеть коротких шрамов.

Накрытое стерильной медицинской простынёй рыхлое тело пациента непроизвольно подрагивало от сотрясавших его приступов боли, и по лицу больного скользили гримасы страдания.

— Синтез прошёл практически идеально, в нашем распоряжении порядка восьмидесяти восьми секунд.