Архил...? #5

— Ну не бабой же четырёхсотлетнего старика от могилы отваживать! — Удивился Сергей. — У него там, поди, ничего не работает, я уже не говорю про общий гормональный фон.

— Мы лучшие лекари! Всё у него работает, и с гормонами тоже в порядке. Вот только не лезть же к нему в голову, внушая нужные мысли. Так можно сломать уникальный механизм его мышления и получить работящую посредственность.

— Думаешь? — Отчего-то озабоченно уточнил Сергей.

— Уверен! Мы…

Дверь открылась, и секретарша проследовала на своё место.

— Лучшие лекари в мире. — Закончил за Капоне Сергей. Тот сам засмотрелся на походку секретарши и никак не отреагировал на его слова. В это время крики в кабинете, прекратившиеся было с появлением секретарши, перешли на новый уровень по децибелам. — Ты там что написал?

— Совет. Хороший дружеский совет. — Довольно улыбнулся Капоне.

— Рассказывай, что за совет такой дружеский, из-за которого война скоро начнётся. Судя по накалу страстей. — Капоне сделал вид, что он здесь ни при чём, тогда Сергей добавил. — Или проверим, как твои великие медики справятся с так любимой тобой диа…

— Посоветовал Палычу Виссарионовича тоже на омоложение уговорить. Отпуск ещё пообещал, на какой угодно срок. Но! Без смертельного исхода. — Быстро ответил Капоне, мудро решив не соревноваться с Сергеем в магическом воздействии на кишечник.

— Это правильно. Надо обоих стариков поднимать на ноги. — Согласился Сергей. — Вроде затихли. — Прислушался он. — Пойдём, проверим?

— Сам позовёт. То, что шум утих, означает, что принципиальные разногласия разрешены. Теперь наступило время утрясать мелкие детали. — Пояснил Альфонсе. — Придётся ждать.

* * *— Товарищ Соколов, принесите, пожалуйста, чай и пригласите генерала Фёдорова в мой кабинет.

Сталин отпустил клавишу селектора и откинулся в кресле. Напряжённый разговор со старым товарищем и соратником прошёл очень тяжело, но он понимал, что решение об омоложении нужно было когда-нибудь принимать.

— С вами всё нормально, Иосиф Виссарионович? — Спросил секретарь, увидев раскрасневшееся лицо Сталина.

— Я в порядке. — Ответил тот чуть охрипшим голосом от непривычного разговора на повышенных тонах. — Всего лишь пришлось наорать на старого товарища. Отмени все встречи на ближайшие два дня. Вызови к 20–00 товарища Гавриленко. Его тоже предупреди, что отсутствовать будет пару дней. До Роны я сам дозвонюсь. Вроде всё на этом.

— Что говорить тем, кто будет интересоваться вами.

— Правду говори. — Усмехнулся Сталин. — Омолаживаться поеду.

Он протянул телефон секретарю, возвращая.

— Товарищу Сергею удалось вас уговорить, наконец? — Обрадовался вошедший в это время Фёдоров.

— Можно и так сказать. — Легко согласился Сталин.