Белый шиповник

– Это ужасные, ужасные вещи! Порядочному человеку говорить об этом невыносимо. Ведь это не только моя тайна, но и, как оказалось, тайна моих родителей, моего происхождения. Вот видите, как много я вам уже сказал. А человеку моего положения подобные вещи желательно хранить за семью печатями, иначе потеряешь и самого себя в том числе. Свое имя, свою честь!

Правда, в ваших глазах я и без того бесчестный человек!

– Мне бы хотелось вам поверить, Евгений!"

"Но все это так странно, так непонятно! И как же вы живете после всего этого с вашей женой?

– Она скончалась, я вдовец уже два года.

Надя задумчиво посмотрела на князя. Лидия умерла! Он свободен! Но она-то замужем!

Евгений понял ее взгляд. Да, все приходит поздно. Они снова посмотрели друг на друга.

Уже не было первоначального напряжения и настороженности. Как будто подобие улыбки затеплилось на ее лице, Евгений воспрял духом, и в это время в гостиной пробили часы. Надежда Васильевна вздрогнула и снова превратилась в ледяную статую.

– Вам пора идти, князь. Скоро придет маман, Вася с няней, вам лучше удалиться до их прихода.

– А сколько Васе лет? – осторожно спросил Евгений.

– Пять лет, но из этого вы не должны делать никаких выводов. Васе Роеву пять лет, – повторила она, делая ударение на фамилии ребенка.

Евгений задумчиво двинулся к двери. Надя начала нервничать, она боялась встречи матери с Верховским. А если боится, значит, хочет скрыть. Если собирается скрыть, стало быть, не пожалуется мужу, и, следовательно, не все еще потеряно. Резко обернувшись, он произнес:

– Вы нервничаете, я понимаю! Я удаляюсь, не беспокойтесь, я не причиню вам никакого вреда! Но позвольте мне написать вам!

– Да, да! Только уходите скорее!

Евгений поспешно покинул дом Роевых.

Как только незваный гость ушел, Надежда Васильевна схватилась за колокольчик. Вбежала испуганная горничная.

– Изволь ответить, почему этот человек прошел в мой дом? – грозно накинулась на бедную девушку хозяйка. И не дожидаясь ответа, продолжила:

– Владимир Иванович и Катерина Андреевна были бы неприятно поражены, увидев его здесь, поэтому, будь добра, попридержи язык и не говори никому об утреннем визите!

Девушка хотела заплакать от сурового окрика барыни, так как не считала себя виноватой. Но сдержалась и поклялась впредь выполнять все указания безупречно. Надежда Васильевна, выпустив пар, смягчилась и сунула ей в карман передника рубль.

– Ну полно! Я больше не сержусь! Ступай!

И помни – молчок!

Глава тридцатая

""Сударыня! Драгоценная Надежда Васильевна!

Спешу воспользоваться дозволением написать Вам. Надеюсь, эти строки не оскорбят Вашего взора. Не знаю, что Вы думаете о нашей, столь внезапной для Вас встрече.