Часодеи. Часовая башня

— Понятно.

— Фэш Драгоций, серебряный ключник! — объявил следующего Нортон-старший.

Мальчик подошел к зеркалу и уже хотел прикоснуться к нему ключом, но был остановлен Астрагором. Дух Осталы что-то шепнул ему и одобрительно потрепал по затылку. Фэш неловко усмехнулся в ответ и лишь затем шагнул в зеркало.

Тотчас же под ним засеребрился туман, превращаясь в дракона с яркими голубыми глазами. Зверь раскрыл пасть, дохнув белым паром, и умчался в глубину перехода, унося своего седока в самую даль Временного Разрыва.

У Василисы неприятно засосало под ложечкой. Почему-то напутствие Астрагора и ответная улыбка Фэша насторожили ее. А что, если Фэш на самом деле хочет снять часовую стрелу с башни? Кто знает, что пообещал Астрагор за такой приз? И вдруг совсем не собирается помогать… Может, наоборот, он хотел ослабить ее перед путешествием и поэтому все рассказал.

Василиса тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли: она должна верить своим друзьям и не поддаваться панике!

Марк улетел на огненно-золотом драконе с черными колючими глазами — тело его существа было узким и длинным, похожим на змею, а из пасти вырывалось ярко-оранжевое пламя. Норту достался маленький дракон с мелкой чешуей, переливающейся, словно алые угольки в камине. Ярис улетел на желто-коричневом красавце, а Диана — на драконе с тусклой и гладкой стальной кожей.

Василиса уже давно догадалась, что будет идти последней. Может, Астрагор специально дал шанс остальным успеть забрать стрелу с Часовой Башни, пока черная ключница будет до нее добираться… А может, Расколотый Замок откроется только всем семерым ключникам вместе, иначе Маришке удалось бы забрать стрелу еще в прошлый раз… Василиса вдруг подумала, что идет во Временной Разрыв только благодаря заступничеству отца — ведь Астрагор мог просто не допустить ее к испытанию! Может, именно поэтому Нортон-старший не пустил Василису в Змиулан? Чтобы глаза не мозолила…

Услышав свое имя и фамилию, девочка вскинула Стальной Зубок. Честно говоря, ей так хотелось взглянуть на своего «внутреннего зверя», что на какой-то миг она даже позабыла обо всех страхах.

— Скорее, Василиса! — поторопил Нортон-старший. — Время не терпит!

И девочка запрыгнула в зеркальный мир ровно с первым ударом новогодней полночи.

Ее дракон оказался чернильно-черным, но вдоль его спины тянулся ярко-синий гребень. В один из его гибких костяных шипов и вцепилась Василиса. Как ни странно, тело зверя оказалось теплым, упругим и очень подвижным. Вскоре девочка приноровилась к движениям своего дракона. Когда зверь планировал вниз, она посильнее прижималась к его шее и, наоборот, немного разгибала руки, когда он взлетал. Между тем они двигались очень быстро.