Часодеи. Часовая башня

 — И тянуть, тянуть… чтобы стрела не сорвалась…

Раздались восхищенные восклицания учеников: осколки поднялись в воздух, закружились в бело-синем хороводе и вскоре вновь предстали в виде фарфорового старичка.

У господина Крафта сделалось такое грустное лицо, будто он только потерял близкого друга.

Но Василиса этого не видела. Увлекшись, она продолжала тянуть стрелу назад: бедный старичок снова распался на осколки, а потом снова сложился в единое целое, а потом еще раз и еще раз, — по-видимому, его часто использовали для подобной цели.

После успешного эксперимента Василисы другие ученики живо взялись за дело. Но только половине из присутствующих удалось вызвать часы, и только одному мальчику, по имени Кэртис, удалось собрать верхнюю половину Белого Часодея. В результате он и Василиса получили ровно по двенадцать баллов — высшую оценку, символизирующую идеальный круг времени. Василиса втайне порадовалась, что господин Крафт не собирается намеренно занижать ей оценки.

В общем, несмотря на ее опасения, день прошел довольно интересно, и Василиса немного примирилась со своим золотым ноликом на галстуке. В конце концов, когда приедет отец, она поговорит с ним, и Елена (вот было бы здорово!) еще получит от Нортона-старшего серьезный выговор. Да и вскоре состоится урок в Звездной Башне, где наверняка будет что-то поинтереснее передвижения предметов. А пока Василиса решила очень хорошо учиться, чтобы доказать, что ей не место на самом низком круге.

* * *Вечером, когда Василиса делилась впечатлениями от прожитого второго школьного дня с Захаррой, к ним наконец-то постучался Ник. Он рассказал, что вчера отец показывал ему чертежи нового дома-мастерской на дереве. Старший Лазарев вскоре собирался ехать с этим проектом в Чародол и обещал взять сына с собой.

Василиса попыталась расспросить друга о школе, но тот лишь махнул рукой.

— Да все нормально… Мы изучали траектории движения часовых стрел, а еще… Да, послушай! — вдруг просиял он. — Сегодня нам рассказывали о первых летающих ковриках! Оказывается, одним из мастеров, приложивших руку к этому знаменитому изобретению, был мой отец! Он мне никогда не говорил… Ну ладно, — спохватился Ник, взглянув на Захарру, уже собиравшуюся что-то съязвить. — Берите ваши сладости, которые вы вчера накупили, и выходите на крышу. Я вас там подожду.

Заинтригованные девочки мигом последовали его совету: они сгребли пряники и булочки в один пакет, в другой — пирожки с мясом и картошкой, после чего быстро выскочили наружу.

Ник поджидал их на дальней стороне крыши. Когда они подошли ближе, мальчик быстро оглянулся по сторонам — не следит ли кто. При этом вид у него был самый таинственный.