День огня

Миссис Паркер просияла:

– Они правда тебе нравятся? Хочешь взять что-нибудь к себе в комнату?

Глаза у Миро радостно заблестели, и он энергично закивал головой:

– Ой, да, пожалуйста!

И вскоре волчонок удалился, довольно прижимая к себе полотно, на котором героический мопс вёл за собой по горному перевалу волчью стаю.

Все, кроме Миро и нас с Тикаани, ещё сидели за обедом, поэтому только мы стали невольными свидетелями разговора Джеймса Бриджера с сыном. У нас же превосходный слух, и мы прекрасно расслышали всё, что происходило за закрытыми дверьми в квартире нашего учителя на втором этаже.

– Мне было очень тяжело ничего не знать о тебе. На что ты жил всё это время? – спросил Джеймс Бриджер. Голос у него дрожал.

Джо ответил с вызовом:

– Перебивался кое-как. Флаеры раздавал, напитки разносил, одно время курьером был, на велосипеде, пока он не сломался. В Резервации навахо даже как-то приставал к прохожим, не найдётся ли у них для меня пара долларов.

Джо просил милостыню! Но по реакции мистера Бриджера было непонятно, как он воспринял эту новость.

– Индейцы навахо не отвергли бы тебя, даже узнав, что ты оборотень.

– Да знаю я, а койот у них – магическое животное, трикстер, ловкий плут, проделывающий всякие забавные шутки. Вы мне уже тысячу раз об этом рассказывали. Но я вам не оборотень! Я…

Тикаани, держащая меня за руку, попыталась утянуть меня прочь.

– Караг, это нехорошо, нельзя подслушивать семейные ссоры, мне неловко, – прошептала она.

Я дёрнул её в обратную сторону и шепнул в ответ:

– Ну ещё чуть-чуть, ничего плохого в этом нет, мы только ещё немножечко послушаем…

Разве можно сейчас уйти – речь как раз зашла обо мне!

– А что тебя связывает с этим Карагом? С мальчиком-пумой? Ты его что, усыновил? – зло спросил Джо.

– Запасной сын? Как тебе такое в голову пришло?!

– Он уже два раза кидался тебя защищать. Обхохочешься.

Джеймс Бриджер молчал. Я закрыл глаза, ожидая его ответа. На пальцах снова появились когти. Давно у меня не было таких проблем с превращениями.

– Тебя мне никто не заменит, – сказал наконец учитель. – А Караг защищает меня потому, что хорошо ко мне относится. И я к нему тоже.

И снова томительное молчание. Каждый мускул моего тела дрожал от напряжения – я ждал, что вот сейчас Джо выйдет из комнаты и снова расстанется с отцом. И как мне тогда загладить свою вину?

Но тут я снова услышал голос мистера Бриджера:

– Я помогал Карагу время от времени, ему в последние месяцы пришлось нелегко.