Дневник пакостей Снежинки

– Тогда ваши обвинения беспочвенны, – заявил Сергей, – вопрос, по какой причине я называю себя разными именами, задавать не стоит. Каждый человек имеет право на творческий псевдоним. Еще есть вопросы? Господа, я ошибся, вы не из полиции. Частное агентство? Разрешите теперь взглянуть на ваши документы?

Собачкин показал удостоверение.

– Ага, – кивнул Маркин, – ясно. Начнем сначала. Что вы хотите? Кто-то из пациентов обвинил меня в мошенничестве? Странно, среди тех, кому я помогаю, недовольных нет. При всем презрении Дарьи к провинциальному образованию, я профессионал. Прочитал много специальной литературы.

Итак. Я весь внимание. Слушаю. Что вас ко мне привело?

– Смерть Алевтины Зиновьевой, – ответила я.

На лице Маркина появилось удивление.

– Аля умерла?

– Хотите внушить нам, что не слышали о кончине подруги жены? – ехидно осведомилась я. – Неужели Олимпиада не сообщила вам о том, что она теперь владелица всех денег Зиновьевой?

Сергей Петрович встал.

– Хотите кофе? Чаю?

– Нет, – отказалась я.

Маркин открыл шкаф, я увидела небольшой холодильник и электрочайник.

– Да ладно вам, Дарья. Неужели вы настолько наивны, что составляете мнение о человеке заранее? Я в свое время наломал дров.

А вы всегда жили правильно? Слушались старших, не ходили по вечерам гулять, не встречались с мальчиками, которых не пускала в дом ваша мама? Торжественно вышли замуж девственницей в двадцать один год и до сих пор живете с суженым счастливо?

Объяснять Маркину, что меня воспитывала бабушка, родителей не было, я не собиралась. А вот на вопрос о семейной жизни ответила откровенно:

– Несколько раз состояла в браке.

– Никто не застрахован от ошибок, – улыбнулся Сергей.

– Но я никогда не находилась под судом! – отрезала я.

– Вам просто повезло, – заметил Маркин, – а мне нет. Вы в процессе жизни определенно стали другой, и я изменился. Нет, про Алевтину я не знал. Жаль ее. И страшно за Зяму. Что случилось? ДТП?

– Нет, – ответил Семен, – официальная версия: инсульт. До него был приступ эпилепсии.

Сергей включил чайник.

– Насколько я знаю, у Али было отменное здоровье. Она очень за собой следила, мяса не ела, от сладкого отказалась. Не пила. Не курила.

Сергей бросил в кружку пакетик и залил его кипятком.

– Думаю, беседа у нас будет долгая, не простая.

Может, все-таки хлебнете горяченького? Декабрь на дворе. Не бойтесь, я не принадлежу к роду Борджиа. Глупо травить людей в своем офисе. Так как? У меня есть вафли. Дешевые. Но вкусные.

Удивительное дело, но мое плохое отношение к Маркину стало постепенно изменяться в противоположную сторону. А ведь он прав. Нельзя составлять мнение о человеке за глаза, не поговорив с ним ни разу.

– Если у вас цейлонский чай, то выпью с удовольствием, – сказала я, – индийский мне не нравится.