Дочь предателя (СИ)

— Ты бесчувственный, — говорит Ритка, повисая на моих руках.

— Да, — соглашаюсь, мне легче не спорить, слушать ее бред молча.

Пусть думает, что я бесчувственный монстр, машина без эмоций, чем размякший от переживаний мужик. На мне, тогда в душе, наросла такая броня после смерти отца, что я сам себя нахожу с трудом, что говорить о всех остальных.

— Я умру, да, Артем? — снова скулит она, а я бешусь.

Мне хочется крушить стены, разбрызгивая кровь от лопнувшей кожи на костяшках, но Рита рядом и ей намного хуже. Она удивительно сильная, пусть постоянно плачет, но я рядом.

— Не умрешь, — отвечаю ей, может слишком резко, но это работает, — Я не позволю. Помнишь, ты меня ненавидишь?

— Помню, ненавижу, — отзывается она и затихает, смотрит прямо в душу.

— Ну, если все так плохо, я уеду на несколько дней? — осторожно спрашиваю жену.

— Нет! — тут же произносит она, — Впрочем, ты не обязан быть со мной, — забирается на больничную кровать, обнимая свои ноги. Ее равнодушный вид показной, держится из последних сил. Зато отвлеклась от своих мыслей, ни к чему сейчас думать о смерти.

— Я ненадолго, дела в Москве, — нарочито небрежно отвечаю ей, но кого обманываю, только себя. Совсем не хочу уезжать, оставлять в таком состоянии одну.

— Я этого ждала, — говорит обреченно, тихо, словно про себя.

— Да твою мать, Рита! — взрываюсь, видя ее это смирение со всем, что происходит.

Она сдалась, смирилась со своей болезнью, устала, обессилила. Я могу ее понять, болеть плохо, тем более, когда вот так, каждый день и ночь, без перерыва. Тут любой не выдержит, тем более Рита, которая столько перенесла по моей вине. Но как не вовремя этот ее кризис, мне нужно ехать, а Ритку совсем развезло.

— Я все думала, когда ты уедешь, — продолжает бормотать жена, — Ты не обязан быть здесь, со мной, я понимаю. Тем более сейчас, я такая страшная, что сама на себя боюсь лишний раз посмотреть. Уезжай, Артем и оставайся там, с Дашей. Не мешай мне."

"— Что не мешать, бл***ть?! Ты решила, что все, предел, дальше не стоит бороться? Я не думал, Рита, что ты, такая слабая, — специально говорю с презрением, а внутри сердце больно бьется о ребра. Ну пожалуйста, только не сейчас. Только не опускай руки, родная, прошу тебя!

— Я устала, понимаешь. Во мне нет сил, чтобы бороться. Я с кровати встать не могу, какая тут борьба, — продолжает доказывать скорее себе, чем мне, — Улучшения нет, становится только хуже. Это не жизнь, Артем.

— Что не жизнь? То, что ты жива — это уже прогресс. Если ты опустила руки, то я нет, Дашка тебя ждет, а не меня. Значит, ты решила оставить дочь на меня, на предателя? Ты хорошо подумала, Рита? — знаю, что так не честно, знаю, что ненавидит. Но лучше ненависть, месть, чем вот это вот, нежелание бороться.

— Сволочь, — рычит Рита, — Ненавижу тебя, всю жизнь мне сломал, подонок.