Двойная нагрузка

– То есть, трахался ты по одному адресу, а для писем указал этот?

– Яна, давай не будем снова ругаться.

– Конечно, не будем. Не вопрос. У меня как будет время, загляну в почтовый ящик. Все, можешь идти. И да, если у тебя возникнут вопросы, не надо приходить, возьми телефон, набери сообщение, читать я умею.

–Но, Яна, для меня это очень важно, – мужчина был возмущен и уже начал повышать голос.

– Для меня тоже много что было важно, тебя это не волновало. Все, аудиенция окончена.

– Какая же ты сука, злобная недотраханная сука. Оказывается, я столько лет жил и не знал, что ты сущая мегера.

– Ты все сказал? Упражняться в красноречии будешь перед студентками. Пошел вон. Козлина.

Яна с силой захлопывает перед лицом бывшего мужа дверь. Слезы наворачиваются на глаза, кусает губы, чтобы не дать им воли, иначе будет их уже не остановить. Как он вообще так может говорить о ней? Как язык поворачивается назвать недотраханной, когда сам же трахал последние два года через раз.

Яна только успела снять мокрый халат, надеть домашние брюки и майку, как в дверь опять позвонили.

– Он что, дорогу забыл, куда его послали?

Считая, что это снова бывший, резко распахивает дверь, готовая напомнить ему путь, но на пороге стоит Рябинкина, ее закадычная подружка, Ольга Рябинкина.

–Мать, что с лицом?

Ольга беспардонно впихивает Яну в квартиру, закрывает дверь на замки, тащит ничего не говорящую подругу на кухню. В пакете гремят бутылки, а это значит, что скоро пора подшиваться.

– Что, бывший сдох? Ноготь сломала? Титова-таки написала срез на «отлично»? Ну, что за вселенская скорбь?

Рябинкина никогда не отличалась тактом и манерами. Говорила все, что думает, в глаза, как есть, не боясь.

– Нет, не сдох, так бы разорилась на венок. Вот только до тебя приходил, думала, снова он.

– Вот же козлина.

– Так ему и сказала.

– Чего хотел?

– Ключ от почтового ящика.

– Нахрена? – Ольга вопросительно смотрит, приподняв брови. – Хочет оплатить счета за квартиру, или реклама какая понадобилась?

– Документы ждет из университета германского.

– Ммм… ну ладно, хер на него. Смотри, тетя Оля принесла лекарства от бывших мужей, пять звезд, Игорян говорит, хороший, кто-то там ему подогнал.

– Рябинкина, ты, как всегда, неподражаема.

Яна улыбается, глядя на подругу: невысокая, миниатюрная, рыжая, как лисичка, она по-хозяйски достает бокалы, режет лимон. На душе тепло сразу, хоть кто-то ее понимает и поддерживает. Если даже мать родная упрекнула в том, что не смогла удержать мужа, создать ему комфорт и уют.