Двойная взлётная

— Ты мне глазки-то невинные не строй, я не понимаю, что там у вас произошло, но докопаюсь до истины. Я устал слушать стенания и жалобы Курапова.

Мужчина поднимается с кресла, голос становится громче, а у меня внутри все трясется. Этот мужчина вызывает реальный страх потерять все, потому что эта работа для меня самое главное.

— Ты думаешь, у меня есть время выслушивать его, не спорю, интересные рассказы, угрозы и условия? Что, мол, если его не переведут на другой борт, он напишет заявление и с радостью уйдет в другую компанию, а там его примут с распростертыми объятиями.

 — От раскатистого и низкого голоса начальника уже дрожали стекла и моя жалкая душонка. — Ты понимаешь, что таких, как ты, я найду пачку? Тут очередь выстроится из кандидатов в бортпроводники на бизнес-джет, а вот нового пилота перед самым разгаром отпускного сезона я не найду. Любимова, ты подумай, какой я сделаю выбор?

Молчу.

Выбор ясен.

Не в мою пользу.

До боли кусая щеку изнутри, чувствую привкус собственной крови. Здесь выбор без выбора, пилота найти труднее.

Сука, какая же паскудная сука Курапов, а не мужик. Хотя он уже сказал мне в лицо все, что думает, по-мужски сказал.

Молодец.

— А еще мне птичка одна напела о твоих интимных отношениях с пассажирами. Кристина, ты проститутка или стюардесса? — вопрос задан не просто так, начальник уже сам для себя на него ответил.

Отворачиваюсь, смотрю в угол, на почти засохший в горшке фикус. Вот как это выглядит со стороны — я проститутка. И я даже знаю ту птичку, что напела эту песню."

"Курапов, снова он. Птица-говорун. Надо было, чтоб ему Громов сломал челюсть, вот зря остановила.

— Я не проститутка, я бортпроводник и не оказываю услуги интимного характера на борту или за его пределами, — отвечаю уверенно, смотря в глаза шефу, меня просто так брошенными обидными фразами с ног не собьешь.

 — Я не знаю, кто и что вам наговорил, но у человека наверняка были свои причины облить меня грязью.

— Причины, говоришь? С этим разберемся. Ты отстранена от полетов.

— Но…

— Никаких но, Любимова! И еще, сегодня тобой интересовались серьезные мужчины в строгих костюмах. Тыкали в лицо красными корочками и очень хотели поговорить.

А вот эта новость интересней, чем Кураповский скулеж и жалобы на меня.

По спине бежит холодок, как в предчувствии чего-то нехорошего.

— Задумалась? Вот иди и подумай недельку, пока все не выясним.

— Но… Виктор Иванович, я реально не знаю, что им нужно, ума не приложу.

— Любимова, знаешь, что нужно мне? Здоровые отношения в коллективе, если ты раз дала мужичку и не можешь теперь справиться с ним, то надо было головой думать, а не местом между ногами.

Все-то он понимает и знает, только говорит намеками. Сжала губы, проглотила слова, не стала оправдываться.