Двойная взлётная

Не могу разобраться с кнопками и хромированными вентилями в стене, чтобы открыть воду. Но мне помогают. Артём тихо оказывается рядом, и «тропический дождь» начинает литься откуда-то с потолка.

Мы оба молчим.

Я подставляю лицо под воду, чувствую, как Артём перебирает мои мокрые волосы, как его руки потом скользят по телу, размазывая ароматный гель. Вот он, тот самый запах морской свежести, который я всегда улавливала рядом с ним.

Он моет меня, так никогда и никто не делал раньше. Смывая сперму Громова с промежности и бедер, проникая в меня двумя пальцами, но совсем неглубоко.

Поворачиваюсь к мужчине, по его лицу стекает вода, совершенно черные глаза, он так и стоит под душем в штанах.

Поднявшись на носочки, тянусь, чтобы поцеловать его первая, веду ладонями по груди, но он останавливает меня, резко подхватывая под ягодицы, насаживая на себя, прижимая к стене.

Удерживает одной рукой, другой трогает пальцами мое лицо: лоб, глаза, скулы, щеки, губы. Это даже не ласка, он словно пытается запомнить меня на ощупь. Так трогательно, что дрожит моя душа.

— Испугалась?

Сразу поняла, о чем он. Только Шульгин мог спросить главное.

— Да.

— Извини.

И только он мог попросить прощения. Уже во второй раз.

Мотыльки срываются в хаотичный полет. Царапаю шею, цепляюсь за мужчину, а Артём уже ласкает грудь, до легкой боли оттягивая затвердевшие соски.

— Такого больше не повторится. И еще, я, оказывается, пиздец какой ревнивый.

— О чем ты?

— Мне лучше не видеть, как тебя трахает Громов.

— Глупо.

— Знаю.

— Вы были со мной вдвоем в Праге.

— То другое.

Артём наконец целует меня, тут же лаская пальцами между ног, налитые кровью возбуждения половые губы и чувствительный клитор.

Хочу его.

Теперь его.

— Это вообще нормально? — вопрос вырвался сам собой.

— Ненормально, птичка, это все пиздец как ненормально, но рядом с тобой трясет не по-детски.

Артём перестает ласкать, движение, и вот уже его член заполняет мое лоно, где совсем недавно был другой мужчина.

Да, это пиздец как неправильно, но мне абсолютно наплевать на это.

Резкие толчки, глубокое проникновение, я принимаю его полностью. Кричу, вода стекает по лицу и нашим телам.

Я стала невероятно чувствительна к таким ласкам.

Хочу еще.

Мне чертовски мало их. Кончики моих пальцев колет иголками, а его проникают в запретное место.

— Артём… не могу… а-а-а-а… еще… да… а-а-а-а-а… кончаю.

— Сука.

Лишь одно слово, стон мужчины сквозь зубы. Он вонзается еще глубже, член внутри меня увеличивается, растягивая больше. Мы и с ним кончаем практически одновременно.

Теперь уже Шульгин изливается спермой глубоко в мое влагалище.