3
0А то вдруг иномирянка вернётся к своим корням и бросит тень на его чёртов род, будь он неладен! Выкинет что-то иномирянское, дав повод злым языкам для сплетен!
Я не обернулась, не ответила. А смысл?
Он сильнее и старше. У него есть почти неограниченная власть. Аррон Грэй единственный, кто может оспорить любой королевский приказ.
Поэтому я просто шла на выход, считая каждый шаг.
У самых дверей я едва не столкнулась лоб в лоб с юной блондинкой. Кукольное личико с идеальными чертами выражало лёгкое удивление, словно она не ожидала здесь меня застать. Завитые локоны красиво обрамляли овал лица, делая его ещё более невинным.
Дейдра.
Нежный, безропотный цветок. Идеальная партия для герцога.
— Прошу прощения, — прошелестела она мелодичным голоском и торопливо шмыгнула мимо меня.
Я застыла на мгновение, не в силах сделать шаг. За спиной послышался радостный смех, словно перезвон маленьких колокольчиков:
— Ваша Светлость, умоляю, простите! Я не выдержала и захотела поздравить лично!
А затем — низкий смех Аррона.
Такой знакомый.
Такой родной.
И теперь принадлежащий не мне.
Проклиная себя за слабость, я прибавила шаг, спеша к выходу. Глаза застилали слёзы, которых уже не было сил сдерживать. Мир вокруг превратился в размытое пятно, и я была готова отправиться куда угодно! Лишь бы оказаться подальше отсюда, забиться в самый дальний уголок и прорыдаться всласть.
Уже на крыльце, когда свежий воздух обжёг лицо, я услышала за спиной торопливые шаги и тот самый взволнованный голосок:
— Элизабет! Подождите, пожалуйста! Мне надо вам кое-что сказать!
Глава 2
Подождите, я ослышалась?
Или на почве стресса последних дней у меня начались галлюцинации?
Первым желанием было ускорить шаг, но что-то внутри меня заставило обернуться, и я увидела Дейдру, гулко цокающую каблучками по мраморным плитам королевского суда.
На хрупкие плечи невесты Аррона был накинут чёрный камзол с золотистой оторочкой.
В памяти тут же всплыли моменты, когда Аррон заботливо укрывал мои плечи, наклоняясь так близко, что его опаляющее дыхание щекотало шею.
«Весеннее тепло обманчиво, Лиз», — шептал он с бархатистой хрипотцой, и в его голосе сквозила такая нежность, что сердце заходилось от счастья.
Рядом с ним я всегда была сыта, согрета и в безопасности. Как за каменной стеной.
Сейчас же сердце царапали острые когти, заново вспарывая кровоточащие раны. Невероятным усилием воли я упрямо отбросила тяжёлые воспоминания и нарочито равнодушно поинтересовалась:
— В чём дело?
Дейдра опустила глаза, не в силах выдержать мой взгляд. Тонкие пальчики с нежно-розовыми ноготками неловко поправили камзол.
«Он ей совершенно не идёт, — шепнуло верное подсознание,видимо, желая меня подбодрить. — Слишком громоздкий.
