Наследник Альфы
О чём книга «Наследник Альфы»
Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
— Ирочка, подойди, пожалуйста, — позвал этот пианист оставшуюся на сцене балерину. — Мне понадобится твоя помощь.
Боль потихоньку отступала, но я все еще чувствовала невыразимую слабость. Белый, украшенный лепниной потолок нависал над нами. Огромная люстра была прямо сверху. Зачем подвешивать такие махины? А что, если она упадет?
Хотя прямо сейчас мне казалось, что все наоборот, и это я падаю откуда-то сверху на огромную люстру, лежащую на полу.
— Так и скажи, что запаниковал, — хмыкнул, тем временем, пианист, продолжая невесомо водить по мне руками, словно рисуя невидимые узоры. —
Но вообще поступил правильно. У нее душа за тело почти не держится. Как только довели до такого…
— Моя мать умерла во время выкидыша, — тихо-тихо произнес Руслан, но услышала даже я. Он крепко стиснул мою руку. — Я был маленьким, но прекрасно это помню. Так что да, Герман, я запаниковал.
Рядом со мной на колени опустилась балерина, она взяла мужчину за руку.
— Кто вы? — произнела я одними губами.
— Не переживайте. Я — врач. — хмыкнул Герман.
В этот момент произошло нечто невероятное. Мне показалось, что с его пальцев слетели золотые искры. Много мельчайших светящихся искр, впитывающихся в меня, расплавляющих, наполняющих силой и спокойствием.
И это спокойствие было настольно ошеломительным, что на какое-то мгновение мне показалось, что я больше не маленькая песчинка, а мой разум — подобен Вселенной. Вечной, безграничной, бесконечной.
— Похоже, пора получать фетальную специализацию, — пианист улыбнулся своей балерине.
И это было за секунду до того, как Вселенная накрыла меня с головой, обнимая и погружая в свою тьму.
Глава 8
Первый раз очнулась ненадолго.
— А мама еще долго будет спать? — услышала сквозь сладкую дрему.
— С ней же все будет хорошо? — кто-то очень беспокоился.
«Как хорошо, что у меня еще нет детей… можно поспать подольше», — подумала я, перевернувшись и поплотнее укутавшись в одеяло.
И снова вокруг была тьма, безмятежность, спокойствие.
Второй раз сон отступил, когда кто-то ходил по комнате.
«Наверное, Слава решил пойти на работу пораньше».
— Милый, поставь мне кофе, я тоже скоро встаю… — пробормотала я в сторону этих шагов.
— У меня нет кофемашины, а то, что сварю сам, ты вряд ли пить будешь, — этот тихий веселый голос принадлежал не Славе. — Но за милого спасибо.
«Точно, со Славой я же рассталась… Кто тогда это?»
Я села на кровати, растерянно разглядывая незнакомую обстановку. Освещения в комнате не было, но за окном горели фонари. Пробивавшегося сквозь шторы света хватало, чтобы разглядеть темный силуэт в конце комнаты, копавшийся в высоком шкафу.
— Разбудил тебя? Прости… — говоривший, кажется, искренне раскаивался. — Я уложил детей внизу.
