Город драконов. Книга седьмая

Неимоверная жестокость и абсолютная беспринципность.

Женщина перехватила свой шелковый, сверкающий золотой вышивкой платок, поднесла к лицу и с чеканной ненавистью произнесла:

– Я знала. С первого взгляда, с первой секунды я знала, что с тобой будут проблемы. Мисс Анабель Ваерти, такая неприметная с виду, столь наивная, восторженно взирающая на мир сквозь розовые очки, и доверчивая сверх меры. Но ты видела то, чего другие не замечали. В этом была твоя опасность. И все же – тебя использовали. Использовал тот, кому ты так доверяла. Он лишил тебя семьи.

Он разрушил твою репутацию, что так значимо для вас, жалких людишек, он…"

"– К слову о людишках, – перебила ее речь, не особо интересуясь ее мнением по поводу случившегося со мной, – профессор Стентон отличался от стандартных магов тем, что многое из созданных заклинаний, зелий и даже ядов использовал на себе. Вы – определенно человек, то есть так же относитесь к столь презираемым вам «людишкам», но вместе с тем реагируете на мое присутствие абсолютно идентично остальным носителям памяти, крови, силы и знаний Зверя.

Таким образом, смею уверенно предположить, что в ваших венах частично течет кровь Ржавых драконов, не так ли?

И платок она все же выронила.

– Вы совершено правы, – продолжила я, – вся эта ситуация и правда крайне занятна. Ведь вашей великой целью было, цитирую: «оставить этих доисторических ящеров в их доисторических легендах». Но для того, чтобы достигнуть этого, вы, как и всегда, пошли на любые способы, и одним из них стало «немножко оказаться драконом».

– Максимально эффективный способ достижения цели! – прошипела та, с определением расы которой теперь имелись существенные трудности.

– Минусы, несомненно, имеются, но плюсы перекрывают любые потери. Да, я уже довольно давно Rufusdraco. И лишь с недавних пор полноценный Зверь. Это было непросто. Полагаю тебе, как ученому, было бы крайне интересно исследовать данный процесс, но… глупая самоуверенная наивная девочка, ты всего лишь слабый человеческий маг с излишней самоуверенностью, завидной везучестью и несомненной находчивостью. Я же – Зверь! И мне удалось достигнуть полноценной мужской особи Зверя, а не жалкой женской версии. И все это время, пока ты разглагольствовала, теряя драгоценные минуты на самолюбование и поиск подтверждения твоих теорий, я боролась с твоим табуирующим заклинанием. «Uiolareet frangere morsu», не так ли?

Вновь улыбнувшись, я склонила голову, в знак признания ее ума, и произнесла:

– Вы, несомненно, правы.

– Ха! – торжествующе воскликнула та, у кого для торжества, по сути, повода не было.