Грубиян

 — Между прочим, безалкогольные напитки в этом клубе не продают, так что мне пришлось согласиться на свидание с барменом, чтобы достать его для тебя.

Мои глаза удивлённо распахиваются.

— Могла бы не брать мне совсем ничего, я и так неплохо себя чувствую.

И это была чистая правда, в основном, из-за того, что алкоголь, которым меня накачала Алиса, ещё до конца не выветрился.

— Да ладно, бармен оказался красавчиком, так что мне только за радость, — вновь глупо улыбается подруга. — Бери уже.

Осторожно выхватываю из её рук стакан и подношу к губам.

— Какой-то вкус у него странный…

Наверно, сок делали из недозревших апельсинов, раз он такой горьковатый… Алиса закатывает глаза, слегка запрокидывает голову и чуть не валится на пол, потому что едва стоит на ногах.

— Это потому, что ты в своей жизни никогда не пила натуральный сок. Откуда тебе вообще знать истинный вкус любого продукта?

Вопрос вполне обоснован, потому что самое натуральное, что я когда-либо ела в своей жизни — это собственные губы от волнения.

Совершенно не замечаю, как пустеет мой стакан — сок действительно оказался очень вкусным, хотя что-то с ним всё же было не так, потому что мои мозги как-то странно начинают включать функцию пофигизма и полной расслабленности.

— Что на этот раз потребовал от тебя бармен? — хмуро спрашиваю я.

В конце концов, Алиса временами бывает чересчур беспечной, и многие парни этим пользуются. Нет, она вовсе не распущенная девка, просто иногда слишком доверчиво относится к людям, которые этого не заслуживают от слова совсем. Хоть она и строит из себя светскую львицу, на самом деле она привыкла считать всех людей одинаково хорошими, и не имеет значения, сколько раз она при этом обжигается.

Алиса фыркает.

— Попросил показать ему подругу, ради которой я иду на такие «жертвы», как свидание с незнакомым парнем.

Вопросительно приподнимаю брови.

— Зачем ему это?

Девушка равнодушно машет рукой.

— Я в этом клубе частый гость, но впервые делаю подобные вещи для кого-то, вот парню и стало интересно, что в тебе такого особенного.

«И действительно, что?», — мысленно спрашиваю сама у себя и предпочитаю долго не думать над этим вопросом, потому что ответ и так очевиден.

Абсолютно ничего."

"Ловлю себя на мысли, что с каждым новым глотком освежающего напитка мне начинает нравиться окружающая обстановка, да и однокурсники уже не кажутся такими чужими и неприятными, даже те, кто поначалу вызывал отвращение и неуёмное желание сбежать отсюда к чёртовой бабушке. Правда, после того, как я осушаю второй стакан, мысли в голове растекаются густой патокой, а окружающий мир начинает вращаться.