Испытание любовью

Несколько мгновений ушло у нее на то, чтобы сориентироваться в том, что происходит. И когда кашель не прекратился, Леся резко села, откинув руку Влада и вгляделась в него. Он весь пылал. Теперь не могло быть никаких сомнений. Жар кожи Влада ощущался и на расстоянии нескольких сантиметров. И это не было результатом возбуждения.

Его тело то и дело сотрясали новые приступы сухого, надсадного кашля, который, казалось, сопровождал каждый новый вздох. Но Влад не просыпался. Только недовольно нахмурил брови и потянулся за ней, словно ощутив, что Леся отстранилась.

Леся ухватилась за голову, откинув на спину спутавшиеся волосы, и попыталась собраться с мыслями. Ей хотелось ударить себя, и она проклинала свое чертово тело и либидо, которое позволило Владу так легко ее отвлечь и убедить.

Лесе стало стыдно. Ей стало страшно, по-настоящему. Потому что она еще ни разу не видела Влада заболевшим. Головные боли в счет не шли. А теперь -- что ей делать? Разбудить его? Оставить спать? Как унять этот кашель, от звука которого даже у нее в груди начало саднить?

Кляня себя на чем свет стоит, Леся положила ладонь ему на лоб, словно пытаясь успокоить, и принялась лихорадочно осматривать комнату, ища хоть какой-то выход.

Лоб Влада просто обжигал. Леся смутно помнила, что в детстве мать делала ей компрессы из воды и уксуса, когда Леся болела. Но должны же сейчас быть какие-то более действенные методы?! Взгляд наткнулся на красную картонную упаковку из-под таблеток на подоконнике. ""Солпадеин"". Влад всегда тот пил, когда у него начинала болеть голова. Большими белыми буквами на коробке значилось: обезболивающее, жаропонижающее.

Леся чертыхнулась. Он же выпил таблетки! Сам же говорил. Вот и почувствовал себя лучше! А Леся... У нее не хватало для себя упреков и обвинений. Вдруг накатил дикий страх, что их секс смог ухудшить его самочувствие. Ведь, как никак, это физическая нагрузка, да и на сердце приходится немало напряжения, а при температуре, насколько помнила Леся -- это было вредно. Не зря же больных освобождали от спортивных занятий.

Боже! Она чувствовала себя полной дурой. Еще и озабоченной, к тому же.

Влад опять закашлялся.

- Тише, - Леся наклонилась и в отчаянии прижалась к его лбу губами. Обхватила голову руками, словно могла этим унять его жар и кашель. - Тише, любимый. Сейчас мы что-то придумаем. - Пообещала она, не обращая внимания на то, что Влад еще спал.

Во всяком случае, она надеялась, что это сон.

Осторожно отстранившись, Леся, как была, голой, подбежала к окну. Схватив коробку, она принялась читать инструкцию. И застонала, ощутив злость. Те можно было принимать не чаще, чем один раз в восемь часов. А Влад, как она понимала, выпил их не больше четырех часов назад.