Иван-царевича не надо (СИ)

Вот на фоне всего этого я и начала переработку ягод и фруктов.

Ягоды и фрукты нещадно сушились, нарезанные пластиками, варенье варилось на сахаре и меду. Джемы и повидла протирались через сита и уваривались до густоты. Заставила собирать даже падалицу, обрезать побитые бока, остальное резать и сушить. Будут у нас компоты зимой. А все обрезки шли на свиноферму. Поскольку апельсинов у меня не росло, пришлось моим Хавроньям разбираться в яблоках (Автор имеет в виду известную поговорку — Разбирается, как свинья в апельсинах). Хрюшки не возражали против такой витаминной добавки.

"

"Всем этим я могла заниматься только потому, что всю остальную работу взвалил на себя Яков Семёнович. Нечаянно я даже его сыновей привлекла к работе. Алекс, который хорошо рисовал, выполнил мне несколько штампов для печенья с разными рисунками. С кувшинчиком льющегося молока — это молочное, с орешками и белочкой — ореховое, просто с чашкой чая — сливочное. Выпеченное печенье аккуратно складывалось в плетеные короба, перекладывалось вощеной бумагой. В такие же короба укладывался и плиточный ирис.

Для монпансье, в конце концов, остановились на маленьких керамических круглых коробочках, в качестве тары. Ну, нет жести, нет! А из чугуния точно не получится производить тару — не поднимут. А ещё я занялась любимым делом всех попаданок — изобретением миксера. Нет, самый обычный венчик был в хозяйстве, чего уж напраслину возводить, не каменный век. Но для моих задумок с зефиром венчик мало подходил — руки отвалятся.

И я села думать, вспоминая, как он вообще устроен, и что там есть, исключая электродвигатель. Это сразу отпадает.

Но в голову ничего не приходило. Пока я случайно не увидела, как кухонный мужик взбивает масло в маслобойке. Этакое узкое, высокое, около метра высотой или чуть поменьше, сооружение из деревянных плашек, скреплённых обручами из металла. Внутрь наливалась сметана, в нее погружалась деревянная палка с крестовиной на конце и начинали этой палкой движение вверх-вниз. Так и получалось масло.

Я стояла, раскрыв рот, а в голове мелькнула картинка — вот сидит этот мужик на лавке, а пред ним стоит похожее сооружение, только пониже и пошире, а с боков торчат велосипедные педали.

А внутри вращаются два венчика, связанные с этими педалями. И мужик эти педали вращает ногами. И я помчалась искать Давида, вряд ли мальчик меня засмеет.

Давид ожидаемо нашелся возле инженера. Они оба внимательно выслушали мои сумбурные объяснения, я ведь для улучшения процесса объяснения ещё и помогала себе руками, то есть размахивала ими в разные стороны. Переглянувшись и сочувственно вздохнув, мне придвинули листок бумаги и грифель.