Измена по-венециански

Мимо продолжали проноситься полицейские катера, направляясь к Торчелло. Малоун гнал моторку по направлению к Венеции — вслед за удаляющимися огнями лодки, которой управлял Виктор.

— Относительно трупа можете не беспокоиться, — проговорила Кассиопея. — Ни от тела, ни от музея ничего не останется.

— Стефани, — спросил Малоун, — есть какие-нибудь новости про Наоми?

— Кто такая Наоми? — осведомилась Кассиопея.

— А вот это уже мое дело! — огрызнулся он.

Кассиопея не стала приставать к нему, задав только один вопрос:

— Куда мы направляемся?

Малоун взглянул на циферблат часов. Светящиеся цифры сообщили ему, что уже без четверти час.

— Я уже говорил тебе, тут творится черт знает что, но куда направился Виктор, мы знаем точно.

49

Самарканд

4.50

Винченти ощущал неприятное покалывание в позвоночнике. Да, ему приходилось отдавать приказы об убийстве людей, и в последний раз — не далее как вчера, но тут было совсем другое дело. Он был готов ступить на опасный путь, который может не только сделать его самым богатым человеком на планете, но и вписать его имя в историю.

Чуть больше часа назад занялся рассвет. Он сидел на заднем сиденье машины, а О'Коннер и двое других мужчин направились к дому, огороженному высоким проволочным забором и обсаженному цветущими ореховыми деревьями. Все здесь принадлежало Ирине Зовастиной.

Наконец О'Коннер вернулся. Когда он подошел к машине, Винченти опустил стекло.

— В доме было всего двое охранников. Мы убрали их моментально.

— Ты уверен, что других охранников нет?

— Абсолютно. Зовастина, видимо, не особенно беспокоилась относительно безопасности этого места.

Естественно, она ведь полагала, что до него никому нет дела.

— У нас все готово?

— В доме осталась только сиделка, которая ухаживает за больной.

— Что ж, пойдем выясним, насколько они гостеприимны."

"Винченти вошел в дом. Двое мужчин, нанятых специально для выполнения этой миссии, держали сиделку Карин Вальде — пожилую женщину с суровым лицом, одетую в халат и шлепанцы. Азиатские черты ее лица были искажены страхом.

— Насколько я понимаю, — заговорил Винченти, — вы ухаживаете за мисс Вальде?

Женщина кивнула.

— И вам ненавистно то, как обращается с ней верховный министр?

— Это просто чудовищно!

Винченти был рад, что информация, предоставленная его собственной разведкой, оказалась безукоризненно точной.

— Насколько мне известно, Карин невыносимо страдает. Ее болезнь прогрессирует.

— А министр не хочет оставить ее в покое.

Винченти подал знак, и двое наемников отпустили женщину. Он подошел ближе и сказал:

— Я приехал, чтобы облегчить ее страдания, но мне понадобится ваша помощь.

Во взгляде женщины читалось подозрение.

— Где охранники? — спросила она.

— Мертвы.