Контрольный поцелуй

– Искупи нашу вину, – попросил он супругу, – отыщи свою дочь, вдруг она нуждается, у нас немалые деньги, пусть лучше достанутся ей, чем государству. Поклянись, что выполнишь мое желание.

Отказывать умирающему в последней просьбе не принято. И Зоя подняла вверх правую руку, но Серж остановил ее:

– На Библии, на Священной книге.

И она торжественно поклялась на Библии. К утру господина Д'Обиньона не стало.

Зоя осталась одна. Хорошо обеспеченная, ни в чем не нуждающаяся, но одна. Рухнул привычный уклад жизни – не для кого готовить теперь еду, не с кем гулять в парке… Иногда женщина, забывшись, вскакивала утром с кровати и неслась на кухню. На пороге вспоминала – Сержа нет и варить кофе не нужно.

Зоя любила мужа, но всерьез не собиралась выполнять данную ему клятву. К неизвестной ей женщине она не испытывала материнских чувств. К тому же Лида скорей всего замужем. А вдруг алкоголик Виктор еще жив и потребует сбежавшую супругу к ответу?

Через пять лет Зоя заболела. По странному совпадению на нее набросилась болезнь Сержа – рак легких. Теперь уже облучение, операции и химию пришлось переносить самой. Однажды женщине приснился сон. Покойный муж в белом хитоне укоризненно качал головой и грозил ей пальцем. Больная проснулась с криком. Таким сердитым она при жизни никогда Сержа не видела. Но это, как оказалось, только начало. Муж стал являться каждую ночь и пугать Зою. Измученная мадам Д'Обиньон перестала спать. В конце концов она обратилась к священнику, исповеднику Сержа, справедливо полагая, что муж рассказал тому перед смертью все. Пожилой священнослужитель молча выслушал Зою и сказал:

– Большой грех нарушать клятвы, данные человеку на его смертном одре. Муж напоминает вам о невыполненном долге.

Помаявшись еще с недельку, Зоя отправилась в агентство «Пинкертон» и наняла детективов. Она решила узнать о девочке Лиде Артамоновой все.

Шел 1997 год. Берлинская стена давно пала, «холодная война» закончилась, и агенты «Пинкертона» могли без особых трудностей выехать в Москву. Пары недель хватило профессионалам, чтобы выяснить всю подноготную.

Зоя читала и перечитывала подробный отчет, снабженный фотографиями, несколько раз принималась плакать. Оказывается, ее побег лишил ребенка детства. Виктор не бросил пить и спустя буквально месяц после таинственного исчезновения жены попытался ограбить продовольственный магазин. Наверное, полез за горячительным.

Его судили, и из тюрьмы мужик не вышел, отравился самодельной водкой, которую зэки пытались гнать из перебродившего черного хлеба.

Лидочку сначала пригрела старшая сестра Виктора, но у нее самой по лавкам сидело семеро голодных ртов, а супруг каждый вечер приползал на бровях.