Кто ты, моя королева

– Нет! Нет! Нет! – забормотала я, глотая обжигающие слёзы.

Боже, зачем я это сделала? Зачем втянула мальчика? Глупая, глупая, самонадеянная дура! На что я рассчитывала? Что король поверит женщине, отравляющей его жизнь одним своим существованием? Видимо, мне всё-таки не удалось отделить себя от королевы и учесть то, как относятся к ней. Я для него – она, ненавистная, подлая тварь, способная на самые мерзкие поступки. Он никогда мне не поверит. Что же делать? От накатившего отчаяния и, чего уж там, дикого страха я уже, не скрываясь, плакала, даже не пытаясь поднять руки, чтобы вытереть слёзы. Силы покинули меня. И в этот момент казалось, что и не вернутся уже больше. Никогда я ещё не была так близка к тому, чтобы сдаться.

– Простите! Я ничего такого не хочу! И Таю не желаю зла. И вам. Простите! – бормочу я, заливаясь слезами, пытаясь сжаться до размера горошины под этим яростным взглядом, спрятаться от его гнева и собственного чувства вины."

"Я не должна была вообще говорить что-либо Таю. Не должна. Прав король. Это разобьёт ему сердце, такое светлое и любящее, несмотря ни на что. Это было эгоистично с моей стороны. Мне надо было сдержаться. А теперь поздно. Мальчик поверил мне. Прав будет король и тогда, когда запретит сыну приходить сюда. Так будет лучше для ребёнка.

– Простите. – шепчу я в который раз, уже даже не замечая наступившую тишину.

– Посмотри на меня! – грохочет его голос, заставляя вздрогнуть.

Моё сердце стучит так, что кажется сейчас выпрыгнет из груди. Я поднимаю голову, подчиняясь его тону раньше, чем успеваю задуматься. И встречаюсь с недоверчивым сощуренным взглядом. Минуту между нами висит напряжённое молчание, нарушаемое лишь моим шумным дыханием. Неужели в его глазах действительно появляется сомнение?

– Ты действительно ничего не помнишь? – наконец спрашивает удивлённо.

– Нет. – шепчу я, хотя теперь уже не уверена, что это правильно.

Я ненавижу врать. Мне легче вообще молчать, чем говорить неправду. Знаю, что многим это не нравится, что кое-кто считает меня излишне резкой и прямолинейной, но мне самой нравится эта моя черта. Я хочу быть честной, и с собой прежде всего. А сейчас мне приходится врать, приходится говорить неправду этому мужчине. Но разве поверит он мне? А если вдруг поверит, то что сделает? Казнит? В темницу посадит? Помилует? Как же это всё сложно!

– Ты же понимаешь, что я не могу просто так тебе поверить? – его голос звучит уже совсем спокойно, становясь обратно тем бархатом со стальными нитями, а лицо превращается в непроницаемую маску.

– Да. Теперь понимаю.

– Ты согласна на проверку? Ответить на мои вопросы под Глотком Истины?

– А что это? – решаю уточнить. А вдруг ещё один яд? Расскажу всю правду и коньки отброшу. Окончательно.

Он вскидывает бровь и поясняет.

– Это зелье.