Красный вервольф

Хотя с другой стороны — полнолуние было бы нам на руку. Байка про Вервольфа заиграла бы новыми красками. Странные эти фашики. Верят в артефакты, колдовство и прочие сказки про Красную шапочку. Получается, что полнолуние — самое время для проделок Вервольфа.

— Сюда, — Рубин махнул рукой и нырнул в зияющую черной дырой катакомбу. Возможно это был подвал развороченного дома, или какая-то старая канализация, в темноте не разберешь. Фонарик не включали. Опасно.

Мы осторожно пробирались через обломки бетонных конструкций, ловя каждый пучок лунного света, что сочился через редкие щели.

— Ой! — Злата споткнулась и чуть не свалилась в ямку.

Я успел ее подхватить, а сам при этом чуть не напоролся глазом на торчащую арматурину.

Ядрён пистон! Так без зенок можно остаться.

— Ну где вы там? — откуда-то впереди раздался голос Рубина. — Не отставайте.

— Ты, как кошак в темноте видишь? — прошипел я. — Куда нас завел, шею свернуть на раз плюнуть!

— Так это и есть цыганская тропа, дядь Саш! Я тут каждый камешек знаю, а в темноте не вижу. Фонарик включи!

— Нельзя!

— А ты его не слишком ярко включай.

— Как это? — сначала не понял я и хотел уже возразить, что не народились еще такие светодиодные приборчики, где режимы меняются, но вовремя опомнился, а потом до меня дошло, что цыган имел в виду.

Я скинул сапог и снял носок. Надел его на фонарь и щелкнул кнопочкой. Рассеянный свет теперь не ярок, но вполне себе освещает путь. Привыкшим к темноте глазам — сносное освещение.

— А-а! — завизжала вдруг Злата.

— Ты что орешь? — я с перепугу чуть фонарь не уронил.

Подскочил к девушке и зажал ей ладонью рот:

— Что случилось?

— Там крыса! — пробубнила девушка сквозь мою ладонь, тыча пальцем прямо перед собой.

В паре метров от нас на куске бетона, будто на троне, восседал «крысиный король». Таких огромных крысюков я еще не видел. Гораздо крупнее кошки. Глазки-бусинки немигающе уставились на нас. Усы подрагивают. Из открытой пасти торчат желтые резцы, размером почти с мизинец.

— Сгинь, падла! — замахнулся я сапогом, но крысюк неожиданно ринулся в атаку.

Злата снова взвизгнула и спряталась за мою спину. Грызун попытался вцепиться в мою голую ногу, будто сразу понял, что она не защищена. Умный гад!

Я огрел его сапогом. От удара тот отлетел в сторону, словно футбольный мячик. Прокатился по обломкам кирпичей и встал на лапы, ощерился и злобно пискнул. Я швырнул в него сапог. Крысюк увернулся и скрылся из виду.

— Я боюсь, Саша, — запричитала Злата, — тут крысы. Я их с детства боюсь…

— Это всего лишь грызуны, — успокаивал я ее, натягивая сапог.

— Скорее! — торопил нас цыган.

Он уже успел уйти вперед и призывно махал рукой. Мы догнали его.

— Вы чего так орете? — шикнул на нас Рубин.